Александра Павленко: Лоббированию нужна законодательная основа

Александра Павленко, основатель и управляющий партнер юридической компании Pavlenko Legal Group

Понимание того, что вопросы на уровне власти можно решать не только коррупционным путем, но и более цивилизованным и эффективным, в Украину пришло не так давно. Культуру лоббирования привнесли западные партнеры, и понемногу она начала приживаться.

Мы решили изучить эту систему изнутри, расспросив о ее тонкостях Александру Павленко — управляющего партнера компании Pavlenko Legal Group, которая одной из первых в Украине начала официально предоставлять GR-услуги.

Latifundist.com: В каком состоянии пребывает лоббирование в Украине? Насколько оно сформировалось?

Александра Павленко: В первую очередь нужно разделить понятия «цивилизованное лоббирование» и «решение вопросов коррупционными способами». Как правило, именно последнее пользуется большим спросом. Ведь в коррупционном мире есть вопрос, и есть конкретная сумма, которая поможет его решить. Другое дело — цивилизованное лоббирование, которое в Украине появилось недавно благодаря иностранным компаниям, которые начинали работать в нашей стране.

За счёт того, что в этих компаниях действует определенная корпоративная политика, понемногу и Украина учится вести правильный диалог с властью, у нас появились специалисты в области GR, а инструментарий для работы расширился. Культура лоббирования начала развиваться. События, которые происходят в стране на протяжении последних трёх лет, только способствовали этому. Ведь почти во всех секторах появились попытки выстроить открытый диалог между бизнесом и властью.

Поэтому я считаю, что сейчас хорошее время для развития культуры лоббирования. У нас есть возможности показать, что лобби — это цивилизованно, это не имеет отношения к коррупции и это реально в нашем обществе. Вот на этом этапе развития находится сейчас лоббирование.

Александра Павленко

Latifundist.com: В чем заключается основная разница между лоббированием и «решением вопросов»?

Александра Павленко: На самом деле, решение вопроса — это конечная цель в обоих случаях. Но разница в том, какими инструментами можно пользоваться на пути к этой цели. К примеру, есть набор инструментов, которыми лоббист никогда не будет пользоваться, но их смело использует коррупционер. Ведь в этом смысле коррупция проста, и в нашей стране, в связи с ментальностью, она очень популярна. А вот лоббист действует более сложными и долгими, но в то же время законными методами.

В процессе лоббирования важна коммуникация через прессу, ведь обществу нужно объяснить, зачем поднимается тот или иной вопрос. Также профессиональные лоббистские группы изучают все юридические и политические риски, исследуют законодательное поле и ищут пути решения вопроса без нарушения каких-либо норм. И это всегда делается в открытую.

У нас в буклете есть такая фраза: «Синергия важнее манипуляции». Никогда лоббирование не будет манипулировать и скрывать истинные намерения. А вот в коррупции много манипуляций. Будем говорить открыто, даже в парламенте разносятся конверты с платой за голос, и эти люди часто не знают, за что голосуют. Также есть разница в сроках: коррупционер, «решая вопрос», не возьмется за трудоемкую и длительную работу, а вот в лоббировании, наоборот, нет понятия «со вчера на сегодня». Это невозможно.

Latifundist.com: Есть ли свои особенности в аграрном лоббировании?

Александра Павленко: Я бы не сказала, что в секторальном лоббировании есть особенности. Конечно, здесь нужны люди, которые понимают эту отрасль. Но не обязательно, чтобы лоббист был узким специалистом. Ему достаточно иметь хороших консультантов, которые могут провести несколько стратегических сессий и пояснить специфику вопроса. Далее – знание и понимание «политической машины» и работа с правовой частью вопроса.

Если же говорить об отрасли в целом, то я не видела, чтобы агросектор шел каким-то особенным путем. Но вместе с этим я считаю аграрный рынок довольно таки активным. Предыдущая каденция Министерства была очень активна в коммуникациях с бизнес-средой. Много пожеланий было услышано и становилось реальностью. И это благодаря тому, что здесь работали не лоббисты, а весь агросектор двигался лоббистским путем, сам выходил на коммуникацию. Касательно нынешней каденции пока рано делать выводы.

Александра Павленко

Latifundist.com: Как ваша компания пришла к GR-направлению?

Александра Павленко: Мы развиваем это направление с 2004 г. Если помните, тогда было время Оранжевой Революции. Если до нее юристы мало звучали на политическом поприще, то после Революции впервые в политике зазвучала юриспруденция как значимый фактор. У нас и Президент тогда получил свой статус и победу на выборах фактически в суде.

После этого мы активно взялись за легализацию лоббирования и так работаем уже на протяжении 12 лет. Большой профайл и целый ряд практических кейсов. Не хочу ни с кем сравнивать, но мало где вы сможете найти компанию, у которой в бэкграунде есть различные переговорные процессы с тремя каденциями Администрации Президента, заключение мировых соглашений с госорганами по ряду проектов, процессы по ратификации международных документов, разработки постановлений Правительства и законопроекты, ставшие реальными нормами права и т.д.

Latifundist.com: Какие проблемы возникали на протяжении этого времени, и к чему вы стремитесь сейчас?

Александра Павленко: Когда мы активно начали говорить о том, что нужен закон о лоббировании, в первую очередь возникла дилемма: а нужен ли он действительно Украине? С одной стороны, это хорошо, что лоббирование обсуждают, его признают как явление и, соответственно, возникает понимание, что есть не коррупционные цивилизованные пути решения вопросов. С другой стороны, возник вопрос, как сделать эту регуляцию легитимной в Украине.

Мы проводили множество консультаций с Брюсселем, с теми странами, у которых есть законы о лоббировании, и пришли к выводу, что и нам этот закон нужен. Сейчас это задача, но не проблема. Касательно проблем, то у нас еще есть то «латентное», скрытое сообщество, которое существует в нише «коррупция» и не планирует оттуда уходить. Так было и будет всегда.

Но с появлением в нашем законодательстве закона о лоббировании эта проблема со временем уменьшится. Еще у нас есть проблема понимания идеологии. Я имею в виду то, что в нашем народе есть такая прослойка, как популисты и общественники. Они делают революции, «ходят» по эфирам как эксперты, организовывают различные PR-акции. Но их роль зачастую и заканчивается на протестах и улицах. Они не лоббисты, хотя часто себя так позиционируют.

Профессиональное лоббирование направлено на то, чтобы юристы вместе с госорганом проработали идею, написали проект, подали его на голосование, провели и реализовали. Но это все устранимо. Я думаю, эта прослойка должна прожить свое, и в скором времени ее вытеснят. Мы уже видим сдвиги в этом направлении.

Latifundist.com: Что касается профильных ассоциаций, их можно назвать лоббистами?

Александра Павленко: Здесь важно понимать, что ассоциации ассоциациям рознь. Есть те, которые уже стали историческими, но, как и много лет назад, двигаются очень консервативно: пишут письма, обращения с искренней верой, что Президент, к примеру, его обязательно прочитает. Я не берусь никого критиковать, но такие методы давно не работают. Возможно, это письмо прочтут, но оно не даст результата.

Александра Павленко

Нужно действовать более активными и решительными способами, которые давно используют в Европе. Это создание рабочих групп, режим регулярных встреч, налаживание коммуникационной платформы, к примеру, Нацрады по реформам при Президенте, использование стратегических связей. Если ассоциация начинает двигаться таким путем, успех будет. Почти при каждом министерстве есть профильные ассоциации. Если между ними налажен контакт, то результат гарантирован. Такие ассоциации действительно являются лоббистами.

Latifundist.com: Хватает ли в нашей стране реальных экспертов — тех самых think tank, способных генерировать прогнозы, оценки, сценарии реализации предлагаемых обществом и обществу решений?

Александра Павленко: Я бы сказала, что не очень. Хотя здесь, конечно, все зависит от отрасли. К примеру, аграрный бизнес хорошо развит, и экспертов этой отрасли породило само время и потребность в них. На это повлияла развитая торговля, новации, которые приходили в нашу страну. А вот в других отраслях экспертов не хватает.

Существует дефицит специалистов, которые понимают предмет, осознают, что нужно бизнесу, государству и обществу. Более того, среди имеющихся экспертов есть «молчуны». Их либо еще не заинтересовала ситуация, или они сами по себе не такие инициативные.

Latifundist.com: Вы упоминали о стратегических связях. В чем они заключаются?

Александра Павленко: Когда человек приходит в какой-то госорган «с улицы», ему надо выстроить с ним диалог, завоевать доверие, и часто на это уходит много времени. Поэтому лоббист, независимо от того, есть заказ или нет, помогает государственному сектору. Это может быть юридическая консультация, разработка проекта и т.д. Он оказывает помощь как партнер. А потом, когда лоббист обращается уже по непосредственному заказу, стратегические коммуникации облегчают процесс. Ведь в госоргане его уже знают, ему доверяют. В таком случае лоббисту сразу скажут, это возможно реализовать или нет. Ведь все стратегические партнерства с госсектором направлены на то, чтобы максимально ускорить получение результата для клиента.

Latifundist.com: А если этих связей нет? Возьмем, к примеру, обычного агропроизводителя или переработчика. Насколько сложно ему в одиночку решить вопрос, не пользуясь услугами GR-специалистов?

Александра Павленко: Это зависит от человека, ведь у каждого бизнесмена, даже «маленького», имеются приватные связи, зачастую очень сильные. Сейчас очень много людей в провластные коридоры попадают из бизнеса. Поэтому эти знакомства позволяют напрямую зайти к представителю госоргана и поговорить. Речь идет не о коррупции. Но зачастую результат этого разговора будет краткосрочным, тогда как стратегические связи предполагают длительный эффект.

Поэтому я считаю, что представителям аграрного бизнеса лучше обращаться к GR-специалистам, тем более что время сейчас очень благоприятное. Минагропрод считается одним из самых активных министерств. Да и комитет Верховной Рады также очень активно работает. Более того, Украина в аграрном плане очень привлекательна для иностранных инвесторов. Если другие сферы должны доказывать свою жизнеспособность и эффективность, то аграрная отрасль себя уже показала. Поэтому профильное министерство открыто для работы, но для этого понадобится рабочая группа, чтобы процесс был беспрерывным. Бизнес пусть занимается бизнесом, а лоббисты — своим делом. Это мое мнение.

Latifundist.com: Можно ли говорить о том, что сейчас создаются механизмы для прозрачного лоббирования личных интересов?

Александра Павленко: Да, сейчас как раз самое время, чтобы об этом говорить. Во-первых, много людей из парламента подключилось к работе по внедрению закона о лоббировании: это и депутатская молодежь, флагманом которой является Мустафа Найем, а также такие мэтры, как госпожа Кужель, господин Грынив — люди, которые понимают, что такое диалог с бизнесом и зачем он нужен.

Таким образом, сформировалась большая инициативная группа. Предпосылки создаются благодаря тому, что профессиональное сообщество активно наполняется. Люди, которые этим занимались поверхностно, стремятся улучшить знания, пытаются подключиться к работе как можно больше. Созданию предпосылок способствует и то, что GR-сообщество пытается скомпоноваться в единую группу.

Ведь раньше лоббисты, как правило, сливались с юрштатом. Сейчас же мы — отдельная структура. Приятно смотреть, что к электронной платформе, которую мы создали, каждый день присоединяются новые люди. И если предыдущие 5 попыток легализовать лоббирование были неудачными, то, мне кажется, в 6-й раз у нас все получится.

Александра Павленко

Latifundist.com: Каким образом ваши специалисты участвуют в защите законодательных проектов и реализации кампаний по внедрению законодательных новаций?

Александра Павленко: В каждом лоббистском проекте есть фаза, когда продукт уже готов и нужно найти стейкхолдеров, как мы их называем. Имеются в виду те люди, которые заинтересованы в данном проекте. В первую очередь важно заинтересовать профильный комитет Верховной Рады, потому что эти люди влияют на многое: от повестки дня до голосования, если до него дойдет.

Дальше — работа с фракциями. В каждой фракции есть opinion leader, который может разбираться в необходимой лоббисту отрасли. От отрасли переходим к глобальному, где также важно найти opinion leaders, причем таких, которых слышат.

Далее необходимо рассказать о проекте, показать его минусы и плюсы. И важно начать с минусов, чтобы люди понимали риски. Человек быстрее принимает решение сказать вам «да», когда он разберется со всеми «нет». После этого все зависит от результата голосования, но это уже работа исключительно лоббистов.

Latifundist.com: Какой процент аграрных лоббистов должен быть в парламенте, чтобы АПК превратился из объекта в субъект экономики?

Александра Павленко: Вы знаете, я бы не говорила о количестве. Всегда нужны просто харизматичные личности. Если есть комитет, а в нем 2-3 активных и заинтересованных человека, то вероятность успеха уже велика. Если человек включает микрофон и регулярно говорит о проекте, то он может самостоятельно убедить всю Верховную Раду.

Регулярность порождает доверие. И очень важно, чтобы была плотная связка между комитетом Верховной Рады и профильным министерством. Я считаю, что и в предыдущей каденции Министерства аграрной политики и продовольствия Украины, и в этой, существует очень плотная связь с профильным комитетом. Как результат, чаще всего в парламенте голосовали за законопроекты, поданные Минагропродом. В этом смысле аграрная отрасль очень показательная и преуспевающая.

Latifundist.com: Благодарим за интересную беседу!

Катерина Никончук, Latifundist.com

Узнавайте первыми самые свежие новости агробизнеса Украины на нашей странице в Facebook, на нашем канале в Telegram, а также подписывайтесь на нашу рассылку

Выполнено с помощью Disqus