SHARE
Итоги года крупнейшего
Латифундиста страны
Последние два года для агрохолдингов UkrLandFarming и «Авангард» стали беспрецедентно тяжелыми: потеря активов в Крыму и на Донбассе, наибольшее падение цен на сельхозпродукцию за 8 лет, непростая реструктуризация долгов «Авангарда». К этому списку можно добавить банкротство банков VAB и «Финансовая инициатива», проблемы в сахарном сегменте и др. Какие уроки вынесла компания из кризиса, в каком направлении намерена развиваться дальше и куда инвестировать в 2016 году, в интервью Latifundist.com рассказал заместитель генерального директора UkrLandFarming Игорь Петрашко.
Latifundist.com: Какие уроки вынесли из кризиса?
Игорь Петрашко
Игорь Петрашко: Эти два года были тяжелыми не только для нас, но и для всей страны и агробизнеса в частности. Наиболее чувствительными факторами стали падение цен на сельхозпродукцию и потеря «Авангардом» активов и рынков на Донбассе и в Крыму. Уроки этих двух лет можно сравнить с годами, когда формировался холдинг. Тогда мы развивались агрессивным путем, активно инвестировали и покупали проблемные активы, со временем интегрировав их в единый организм.
Да, сейчас мы потеряли некоторые сегменты и рынки, многое зависит от восстановления ситуации в стране, покупательной способности граждан. Но мы смогли оптимизировать внутренние процессы, проверить нашу команду. Очень много времени мы посвятили переговорам с банками, кредиторами. Со всеми мы нашли взаимопонимание – и это тоже урок этого кризиса. В будущее мы можем смотреть с уверенностью, поскольку уверены в наших партнерах, собственно, как и они в нас.
Latifundist.com: Как происходит процесс расчетов с внутренними заемщиками, ведь еще в июне Олег Бахматюк заявил, что с ними переговоры идут тяжелее?
Игорь Петрашко: Мы договорились практически со всеми кредиторами, в том числе внутренними. У нас нет ни с кем конфликтов или недоговоренностей. Тяжелее всего было договариваться с госбанками, которые из-за своей заскорузлости реально не оценивают состояние экономики. Они — заложники национального законодательства, которое не позволяет им идти на реструктуризацию, проводить конвертацию валютных кредитов в гривневые. Но мы договорились и с ними, хотя и будем возвращать долги в долларах. Мы хотели, чтобы во всех украинских банках у нас были гривневые кредиты. С госбанками договариваемся на короткий срок и каждый год пересматриваем условия на будущие периоды. С коммерческими банками договорились на 8, 10 и даже 20 лет.
Latifundist.com: На каком этапе переговоры со Сбербанком России? На рынке не очень оптимистичные ожидания.
Игорь Петрашко: Подождите пару недель и вы услышите хорошие новости. Откровенно говоря, переговоры затянулись из-за недоброжелателей из Украины, которые ездили в Москву и пытались разрушить соглашение. Против нас использовали политические, медийные инструменты. Представьте, за день до моего отъезда в Москву вбрасывается «чернушный» месседж о компании отнюдь не для внутрен-
Игорь Петрашко
О переговорах со Сбербанком России
ней аудитории. Но нам удалось переломить ход переговоров. Скоро они будут завершены.
Latifundist.com: Говорим «Сбербанк» — подразумеваем Кремль? Напряжение между странами отражалось на переговорах?
Игорь Петрашко: Вначале были не совсем реалистичные ожидания сторон. Но в последние четыре месяца пошел нормальный коммерческий диалог.
Latifundist.com: Эти люди связаны с агросектором?
Игорь Петрашко: Да, а также это финансовые спекулянты-рейдеры. Данные атаки были связаны с желанием поделить активы в Украине, а также испытать на прочность UkrLandFarming. Мы не пошли у них на поводу, не зашли в пропагандистскую плоскость. Не заявляли, что это российский долг и, дескать, мы его отдавать не будем. Пошли по другому пути. При этом для нас важно было не ущемить права других кредиторов.
Latifundist.com: Вам закрыли все линии по торговому финансированию?
Игорь Петрашко: Да, не только нам, но и всем украинским компаниям. Более того, мы были последними, кто пользовался этими линиями. И даже сейчас получаем некоторое финансирование экспортно-импортных агентств. Некоторые линии открыты, но новые не появляются. На данный момент у нас действующих контрактов на сумму около 16 млн евро.
Latifundist.com: UkrLandFarming анонсировал строительство 12 элеваторно-комбикормовых комплексов. Сколько на сегодня построено и сколько запланировано на 2016 год?
Игорь Петрашко: Построено 7 комплексов, еще 4 в процессе. На данный момент объем хранения достигает 2,5 млн т. У нас были амбициозные планы в комбикормовом направлении. Планировали инвестировать в железнодорожный состав, брать в лизинг зерновозы на 20 лет, построить маслоэкстракционный завод, разрабатывали проект по производству лизина и т.д. На данный момент в наземной инфраструктуре мы
Игорь Петрашко
О квотах
приостанавливаем проекты. На 2016 г. наш главный приоритет – порт в Южном. Сейчас ведутся переговоры с инвесторами, в следующем году начнем строительство.
Latifundist.com: На какой стадии переговоры?
Игорь Петрашко: Мы достаточно продвинулись, к сожалению, деталями не могу поделиться. Могу только сказать, что с Одесской областной администрацией у нас конструктивный диалог. В этом должны быть заинтересованы все. Это дополнительные 5 тысяч рабочих мест, конкуренция в порту, увеличение перевалки. Те, кто строит только в теории, всячески блокируют этот процесс. Увидев, что мы продвинулись в вопросе поиска инвестора, сразу начали использовать PR-атаки.
Latifundist.com: В прессе была информация об отсутствии доступа к железной дороге на вашем участке в Южном. Это так?
Игорь Петрашко: Конечно, нет. Более того, вместе с соседствующими портами поддерживаем проект расширения основной железнодорожной ветки. Это позволит в три раза увеличить объемы транспортировки. Подобные слухи распространяют компании, которым не нужна конкуренция.
Latifundist.com: С учетом кризиса и падения инвестиций, урезали объемы финансирования проекта?
Игорь Петрашко: Да, он урезан в объемах. Раньше, как вы знаете, шла речь об $1 млрд. Но даже с учетом сокращения, первые стадии предусматривают $280-300 млн инвестиций. Следующая стадия – до $500 млн. На выходе мы получим перевалку объемом более 15 млн т.
В течение 4 лет мы хотим выйти на 6 млн т перевалки. 15 млн т – перспектива 7-8 лет. Давайте не забывать, что сегодня портовые мощности позволяют переваливать 35 млн т зерновых. По факту уже переваливается 33 млн. Еще немного, и объемов будет недостаточно. Сдача первой очереди объекта планируется в конце 2017 года, но, я полагаю, более реалистично говорить о 2018-м.
Latifundist.com: Речь идет только о перевалке зерновых?
Игорь Петрашко: Мы не ставим задачу стать портовым оператором. Мы делаем акцент на зерновых. Рассчитываем, что 5 млн т сможем загрузить самостоятельно. Все остальное – крупные аграрные компании. Этот проект завершит нашу цепочку – от семян, растениеводства, хранения, транспортировки и, наконец, до портовой перевалки. После этого мы не будем ни от кого зависеть.
Заходит Алексей Ергиев, с которым мы недавно говорили о деталях реструктуризации долгов. Заносит карту расположения будущего порта.
Игорь Петрашко: Алексей как раз сейчас готовит документацию для завершения реструктуризации. Договоренности завершены, но юридически нужно завершить процедуру. Это сложный процесс.
Latifundist.com: Ваш участок располагается «между Сциллой и Харибдой» — портом Южный и ТИСом. Наверняка придется учитывать их интересы.
Игорь Петрашко: У нас два участка, и один из них действительно с одной стороны примыкает к порту Южный, а с другой – к ТИСу. Естественно, придется учитывать их интересы. В первую очередь это касается даже не причальной стенки, а инфраструктуры. Есть одна на всех объездная дорога, железная дорога. Соответственно, нужно искать удобный для всех формат. Чтобы не было ситуации, когда все на максимум запустили мощности, и в один момент дорога будет забита.
Latifundist.com: На рынке поговаривают о создании некоего фонда управления UkrLandFarming, в который выводятся активы из компаний группы. Дескать, в случае возникновения проблем с кредиторами в компании ничего останется, все будет выведено. Вы меняете структуру компании?
Игорь Петрашко: Да, у нас меняется организационная структура группы. Но эти изменения координируются с банками и проходят согласно документации по тем же облигациям. Все активы у нас сохранены под матричной структурой UkrLandFarming. Нужно понимать, что под UkrLandFarming находится больше 200 юридических лиц. Мы частично проводим их реорганизацию. Например, по «Авангарду» мы укрупняем юрлица. С точки зрения инвесторов, это хорошо.
К тому же, если бы такой теневой фонд создавался, мы бы не смогли подписать соглашение о реструктуризации «Авангарда», поскольку в процессе проводилась юридическая проверка.
Latifundist.com: Сколько реально действующих птицефабрик у «Авангарда»? Неоднократно приходилось слышать, что большинство из задекларированных активов на самом деле не работают и являются ширмой для инвесторов.
Игорь Петрашко: Инвестору важно не количество фабрик, а поголовье. У нас 13 млн поголовья за 9 месяцев. Этот объем обеспечивают две новые птицефабрики — Херсонская и Каменец-Подольская, плюс региональные фабрики. Общие мощности сейчас составляют порядка 22 млн поголовья. Поэтому часть фабрик полностью не загружены.
Latifundist.com: В октябре «Авангард» осуществил первую поставку яиц в Катар. Какие еще рынки компания намерена открыть в 2016 году?
Игорь Петрашко: У нас большие надежды на ЕС, хотя до сих пор остается проблема квот. На данный момент мы плотно работаем с американцами. Речь идет о потенциальном партнерстве для совместного выхода на новые рынки. Мы не будем поставлять продукцию в США, но можем вместе с ними экспортировать ее на премиальные рынки – ЕС, Японии.
Latifundist.com: После закрытия птицефабрики в США на Олега Бахматюка полилась волна негатива в этой стране. Ваших партнеров это не смущало? Какая у UkrLandFarming и «Авангарда» репутация в США?
Игорь Петрашко: Нейтрально-позитивная. В какой-то момент, конечно, превалировала негативная информация. Это была инвестиция акционера, не связанная с «Авангардом» и UkrLandFarming. Он видел перспективы поставок украинской кукурузы и комбикорма на американский рынок. Суть такова: покупается птицефабрика, делаются поставки более дешевого комбикорма в США, идет производство и реализация. Простая, понятная логика.
Но люди, которые давали рекомендации по инвестициям, переоценили способности и не смогли помочь с налаживанием поставок. Из-за этого птицефабрики, которые были убыточными при покупке, не удалось вывести из банкротства. Поэтому пришлось компании ликвидировать. Имели место конфликты с местными поставщиками и фермерами, но их удалось уладить. Это признали на высшем уровне в США.

Latifundist.com: Вы недавно выдвигали свою кандидатуру на пост главы Государственной фискальной службы. Решили кардинально изменить род деятельности или подверглись общему эмоциональному тренду?
Игорь Петрашко: Жена моего приятеля работает в рекрутинговой компании, как-то она позвонила мне и предложила пообщаться с коллегой. Помню, тогда подумал, что хотят, чтобы я кого-то порекомендовал. Но оказалось, что за пару дней до конца подачи документов на пост главы ГФС они

предложили мне попробовать себя в этой роли. Сразу же уточнил, не будет ли проблемой то, что я работаю «у олигарха». Сказали – нет. Подумал, посмотрел перечень документов и решился попробовать. Кстати, самым сложным документом была, как ни странно, медицинская справка (улыбается – авт.). В итоге с ребятами за две недели сделали план реформирования органа.
Latifundist.com: Что он предусматривал?
Игорь Петрашко: Мы предложили начать с простых вещей: определения видения, функций и целей. Построение сервисной структуры с максимальной автоматизацией процесса и уходом от личностного фактора. Решение вопроса прозрачной мотивации сотрудников. Менять структуру собирались в сотрудничестве с экспертами компаний большой четверки (аудиторы) с акцентом на усиление компетенции центрального аппарата и функции аудита.
Но для любых изменений участникам процесса нужно дать вводные данные: кто и что строит, какая мотивация у «строителей». У нас такое видение было сформировано.

Самые успешные реформы происходят в первые 3-6 месяцев, когда, условно говоря, можно «ломать через колено», и сотрудники готовы к новым переменам.

Latifundist.com: Вы считаете правильным, когда представитель крупного бизнеса возглавляет государственный фискальный орган?
Игорь Петрашко: В США они обычно и возглавляют важнейшие госорганы. Представители бизнеса самодостаточны, независимы, умеют руководить людьми, строить системы. Риск лоббизма одной компании гораздо ниже риска лоббизма со стороны якобы независимых чиновников, которые подыгрывают всем, кому считают нужным. У чиновников зачастую нет активов, но все «сидят на наличке», и потоках. Завтра что-то поменяется в стране, их и след простынет — их ничто не держит. Если бы представители бизнеса на 99% реформировали и на 1% работали на себя, наша страна давно уже была бы богатой.
Latifundist.com: Нередко говорят, что фиксированный налог и спецрежим НДС превратили агросектор в оффшорную зону в Украине. Если бы Вы возглавили ГФС, то выступали бы за сохранение и расширение налоговых преференций в АПК?
Исключения — это путь к злоупотреблениям.
Игорь Петрашко: В США и в Европе агросектор имеет огромную поддержку. В ЕС доходит до 70% по некоторым направлениям. У нас была поддержка только на уровне НДС-режима. Это нормальный прозрачный инструмент, он касался всех – и малых, и больших предприятий. К тому же он был эффективен. Во многом благодаря спецрежиму Украина увеличила производство агропродукции. Посмотрим, как сейчас будет. Предлагают сложную систему с кучей исключений. А исключения, как известно, — это путь к злоупотреблениям.
Latifundist.com: Давайте не забывать, что вклад сельскохозяйственной отрасли в ВВП страны составляет 10%. Но только 1% налоговых поступлений генерируется отраслью. Такой низкий показатель уплаты налогов, по мнению представителя МВФ в Украине Жерома Ваше, связан с использованием спецрежима по НДС, от которого получает преимущества только крупный бизнес. Вы так не считаете?
Игорь Петрашко: Нужно создавать конкурентную среду. Опять-таки в мире везде поддерживается агробизнес, и субсидии аграрному сектору в том же Евросоюзе выступают одной из ключевых статей всех затрат. Неправильно думать, как бы побольше вытянуть из АПК налоговых поступлений. Нужно смотреть, сколько здесь задействовано людей, какой объем инвестиций привлечен в отрасль, сколько экспортной выручки генерируется, какая социальная функция и т.д. Аграрный сектор переживал период бурного роста в Украине. Думаю, с изменением налоговых правил рост в 2016 году существенно замедлится.
Latifundist.com: В этом году парламент в ходе долгих прений продлил мораторий на продажу земли. Какова позиция руководства ULF – в 2017 году Украина готова открыть рынок земли?
Игорь Петрашко: Возможно, у меня несколько не либеральный подход, но я считаю, что после отмены моратория в той или иной форме землю скупят иностранные компании. Изобретут нужный формат. Найдутся какие-то 10 тысяч людей, организуют траст, который потом подпишет аренду на 100 лет с иностранной компанией. Отменять мораторий надо тогда, когда Украина получит нормальный доступ к капиталу, и когда будут адекватные процентные ставки. Земля – не амортизационный ресурс.
Амортизация земли, согласно формулам и бухгалтерским правилам, составляет около 35 лет. Получается, если человек рассчитывает через 35 лет вернуть вложенное, стоимость привлеченных ресурсов должна составлять около 1,5-2%. Сейчас такого доступа нет. Получается, иностранный хедж-фонд имеет доступ к капиталу под 1,5% на 30 лет, скупает землю, а потом сдает нам ее в аренду. Получится, что украинцы будут арендовать свою землю у иностранцев.
Latifundist.com: Спасибо за содержательную беседу.
Константин Ткаченко, Latifundist.com
Выполнено с помощью Disqus