SHARE
Олег Бахматюк:
Я хочу построить зерновой «Газпром»

Олег Бахматюк в украинской бизнес-«фауне» фигура заметная и достаточно яркая. Отношение к нему соответственно «полярное»: одни – любят, другие – на дух не переносят. Кто-то восхищается его умением выстроить крупнейший агрохолдинг страны, идя по острию бритвы, и оставаться при этом целым. Другие хают за рисковое управление. Что же об этом всем думает сам Бахматюк? Внимательно слушает, но прислушивается лишь ко мнению близких ему людей и соратников. Логично: он не доллар, чтобы всем нравиться! Как говорится, проверено жизнью – доказано опытом. Пресса не устает пестрить заголовками, дескать, вот-вот и мы увидим, из какого теста слеплен собственник крупнейшего агрохолдинга. Но сколько бы его не «хоронили», Олег Романович крепко держит в руках свое детище – UkrLandFarming. Более того, говорит об еще больших горизонтах – видит свою компанию частью одного из международных сырьевых игроков. Но как? Latifundist.com встретился с основателем и владельцем крупнейшего агрохолдинга Украины и расспросил, как Олег Бахматюк планирует превратить UkrLandFarming в зерновой «Газпром»
Latifundist.com: Чем закончились переговоры с бондхолдерами касательно реструктуризации еврооблигаций UkrLandFarming на суму $500 млн?
Олег Бахматюк: Мы достигли компромисса о снижении годовой ставки до 2,5% по евробондам на суму $500 млн. Получили согласие 87% бондхолдеров при необходимых минимум 75%. Это большая победа. Это – «ядро», которое позволит компании больше заниматься операционной деятельностью, нежели финансовыми делами. Мы фактически завершили реструктуризацию на общую сумму $1 млрд («Авангард» - $200 млн, UkrLandFarming - более $200 млн, $500 млн евробонды и по $100 млн кредитов также достигнуты позитивные решения с кредиторами). После этого планируем реструктурировать еще $300 млн до конца мая. В общем выйдем на запланированные $1,3 млрд.
Latifundist.com: Компания UkrLandFarming реструктуризовала кредит Deutsche Bank и «Сбербанк России» на более $200 млн. Вы достигли позитивного решения с бондхолдерами по снижению ставки на облигации на суму $500 млн. Как Вы оцениваете нынешнее финансовое положение компании?
Олег Бахматюк: Реструктуризация с Deutsche Bank и «Сбербанк России» является довольно показательной по достигнутым результатам: как по сроку (на 10 лет), так и по льготной ставке (2,5%). Это свидетельство того, что инвесторы верят в нее. Нам удалось их убедить, что сектор и UkrLandFarming будут двигаться вперед, несмотря на сложные условия в политической и экономической среде, да и все эти сложности носят временный характер. Надеюсь, что через год-два ситуация выровняется. Негативные политические и экономические тренды совпали с падением международных сырьевых рынков, и это ударило по нам.

Два шага на пути к стабилизации мы сделали: реструктуризация на $200 млн и $500 млн.
Что касается финансового состояния компании. Два шага на пути к стабилизации мы сделали: реструктуризация на $200 млн и $500 млн. Мы почти договорились с половиной экспортно-импортных агентств, которые выделили нам кредитование на сумму $300 млн. Из них около $150 млн – на конечной стадии, еще по $150 млн – на предпоследней, по остальным
компромисс ожидаем в течение месяца. То есть за 1-2 месяца ожидаю завершения реструктуризации внешних долгов UkrLandFarming на сумму $1,2-1,3 млрд. Ориентировочно это произойдет в конце мая. Этому предшествовал огромный объем работы в течение двух лет.

За последние 5 лет UkrLandFarming инвестировал около $2 млрд в строительство элеваторов, двух крупнейших в мире фабрик по производству яйца (Херсон и Каменец-Подольский), закупку техники (машин, комбайнов, тракторов) почти на $600 млн, реализовано много других проектов. Такие колоссальные капитальные инвестиции невозможны при значительном колебании курса, но несмотря на это, компания выстояла.

В прошлом году многие ожидали, что UkrLandFarming не справится с внешними выплатами. Поэтому реструктуризация договора на $200 млн с Deutsche Bank и «Сбербанком России» была весьма непростой. Тем более, что в первую очередь в Украине есть ряд недоброжелателей, которые хотели помешать этому. Трижды договоренности срывались.
Latifundist.com: Кому в Украине нужно, чтобы Олег Бахматюк «ушел на дно»?
Олег Бахматюк: (Мой спикер призадумался. Сказать есть что, читается на лице. Но, видно, еще не время. Отвечает дипломатично, хотя яркая особенность его характера - прямолинейность). Не хочу быть голословным, но гораздо легче договориться с внешними кредиторами, которые не имеют никакого отношения к украинской экономике, и убедить их в том, что UkrLandFarming будет работать и процветать. В Украине это сделать гораздо труднее.

Кризис не любит никто, но способы выхода из него разные. Так, в 2008 г. правительство США в переломный для своей экономики момент вошло в уставные капиталы около 40 тыс. предприятий и за 5 лет вышло из 95% предприятий. Выигрыш от такого шага очевиден: снижение социальной напряженности в обществе, сохранение темпов роста ВВП. Что такое UkrLandFarming сегодня? Это 37 тыс. работников, около 1,7 млрд грн
выплаченной в 2015 г. зарплаты со всеми начислениями, 240 тыс. пайщиков, которые получили более 1,5 млрд грн арендной платы, около 480 млн грн инвестировано в социальную помощь селу. В любом нормальном государстве, независимо от личного отношения, выстраивают механизмы для сохранения таких компаний. В моих беседах с высшими руководителями государства так оно и есть. Но на практике почему-то еще приходится сталкиваться с тем, что часто поддерживают все чужое, а украинское уничтожают. Если сегодня ВВП нашей страны – $75 млрд, из которых $55 млрд – экспорт, где 80% производит металлургия и АПК, то во что мы превратились? Внутренний продукт – на уровне $20-30 млрд и два экспортных «костыля». Так может надо смотреть дальше?

Реструктуризация была камнем, под весом которого компания могла или сломаться, или нет. Нам удалось убедить кредиторов и получить весьма неожиданные для рынка условия. Это позитивный сигнал, и он поможет всем украинским компаниям. Хотя реакция у всех разная. Но давайте будем объективны.

(Тональность диалога повышается. О компании Олег Романович всегда говорит, как о ребенке, - с трепетом в голосе. К слову, его семья воспитывает четверых детей!)
Разве плохо, что мы построили элеваторы на 2,7 млн т, две крупнейшие фабрики в мире не в Бразилии, Аргентине, США, а в Каменец-Подольском и в Чернобаевке Херсонской области? Разве плохо, что купили техники на 600 млн грн? Много «мудрых» людей, которые ничего не построили, но рассказывают, что мне надо было по-другому формировать бизнес и планировать. Легко говорить, а
О подходах в развитии UkrLandFarming
Олег Бахматюк
гораздо сложнее попробовать сделать самому. Я не идеализирую себя. Я не святой. Но разрушить эту систему завтра было бы варварством. Я буду бороться за нее до конца.
Latifundist.com: Правильно ли понимаем: на дно не собираетесь и на то, что Вас хоронят уже не первый год, можете сказать «Мы еще будем здравствовать»?
От падения UkrLandFarming не выиграет ни отрасль, ни государство.
Олег Бахматюк: Нельзя задирать нос и говорить, что мы самые мудрые. Но последние два года для компании были очень сложными. Особенно второй, потому что мы фактически не взяли ни копейки в кредит. И это компания, которая имеет миллиард долларов оборотных
средств… Опирались только на собственные силы, поскольку внутренний и внешний рынки были закрыты. Ситуация весьма непростая, но ее удалось переломить в позитивную сторону… Это была проверка целостности команды, правильности принятых решений и примененных подходов.
О реструктуризации долгов компании и вынесенных уроках
Олег Бахматюк
В моей практике было два таких тяжелых момента: в 2008-м и сейчас. Тогда было труднее. Сейчас у нас даже есть планы двигаться вперед. Конечно, я не идеализирую и не думаю, что все мгновенно изменится. Но мы точно лучше готовы к вызовам, нежели другие игроки на рынке. От падения UkrLandFarming не выиграет ни отрасль, ни государство.
Latifundist.com: Как изменится стратегия развития UkrLandFarming?
Олег Бахматюк: Экспортная стратегия не изменилась: 85% продукции – на экспорт. Сейчас приостановили все программы по развитию и не планируем капитальных инвестиций на этот год. Остались только капексы на поддержку производства – около $50-60 млн в год.


В общем, реструктуризация $1,3 млрд даст кредиторам уверенность в завтрашнем дне UkrLandFarming, а значит – дополнительные возможности для развития компании. Это развяжет нам руки и позволит двигаться вперед, привлекать финансовые ресурсы. Конечно, требования кредиторов будут более жёсткими, но мы к этому готовы. Главный инвестпроект, под который будем привлекать деньги, –
строительство портового терминала. На мой взгляд, на сегодня не существует ничего более ликвидного в аграрной отрасли. Он будет имеет колоссальный инвестиционный эффект для UkrLandFarming.

Первая его стадия запланирована мощностью 5 млн т перевалки, вторая – 10 млн т. Надеюсь, что строительство стартует еще в этом году. Если закончим к середине мая всю реструктуризацию внешних долгов, то вполне реально привлечь под него финансирование на начало сентября. На первое время необходимо $150-200 млн. Сейчас ведем переговоры с несколькими потенциальными инвесторами. Надеемся закончить их к началу лета. Есть и другие небольшие проекты на территории Украины (элеваторы, комбикормовые заводы), готовые на 60-70%. Постепенно будем их заканчивать.
Latifundist.com: Я разговаривала с заместителем главы миссии США Джорджем Кентом и он упоминал о том, что Cargill интересуется строительством морского терминала в Украине. Это касается UkrLandFarming?
Олег Бахматюк: Пока что с Cargill мы не вели переговоры на данную тему. Cargill зайдет, когда на украинской территории будет готов любой порт. Во всех других случаях инвестиции они будут осуществлять очень осторожно.
Latifundist.com: Меняете ли роль животноводства в долгосрочной перспективе развития компании?
Олег Бахматюк: Мы имеем около 70 тысяч поголовья КРС. В структуре производства UkrLandFarming оно занимает до 20%. Будем удерживать его на этом уровне. Но если и дальше продолжат такую же госполитику к отрасли, боюсь, что сокращения не избежать.
Около 40-50% молочной переработки может вообще исчезнуть.
Животноводство при нынешних условиях и «поддержке» государства, мягко говоря, работает с нулевой рентабельностью. В начало лета входим с закупочной ценой продукции, которая на 30% ниже себестоимости. Это бизнес? Плюс главным рынком сбыта для такой украинской
продукции была Россия. Сейчас этот рынок практически закрыт. Значит, отечественные компании становятся менее конкурентоспособны. Мы чувствуем, что ликвидность молокозаводов падает, деньги «тают» - и это приведет к серьезному перераспределению рынка в ближайшие 2-3 года. Около 40-50% молочной переработки может вообще исчезнуть. О рынке мяса даже не говорю. Он всегда был убыточным. Вряд ли животноводам удастся оперативно перестроиться на рынок ЕС. Есть надежда на Китай. Чтобы зайти туда, понадобиться 5-7 лет. Кто пройдет все испытания и сертификации, тот получит большой рынок и перестроится.
Latifundist.com: Куда ведете UkrLandFarming?
Олег Бахматюк: Что такое UkrLandFarming сейчас? Большой украинский производитель сырья - и все. Если у тебя есть портовая площадка, то это автоматически выход на международный рынок. Я хочу построить такую компанию, чтобы двигать зерновой поток мировых масштабах и стать мощным игроком.

Стратегическим инвестором для UkrLandFarming я вижу китайскую или американскую компанию.

Я готов хоть завтра отдать компанию такому инвестору по выгодной цене. Но, скорее всего, привлечение такого инвестора – вопрос нескольких лет. Если не будет политического кризиса и выборов осенью, то экономика начнет восстанавливаться с весны 2017 г. А в случае выборов страна сделает шаг назад минимум на год. Стабильность в государстве – фундаментальная вещь для любого бизнеса.
Latifundist.com: С кем конкретно хотите стать в один ряд?
Олег Бахматюк: Мне интересно объединить UkrLandFarming с крупнейшими игроками Ближнего Востока и Азии. Без портовой площадки это сделать сложно.
Latifundist.com: Кто для Вас идеальный партнер?
Олег Бахматюк: Крупнейшие компании лидеры зернового рынка – Cargill, Louis Dreyfus, ADM (Archer Daniels Midland Co), Glencore. Так же интересны азиатские компании, например, китайская COFCO.
Latifundist.com: Эти игроки пока выжидают удобного момента, чтобы «присоединить» к себе крупные украинские агрокомпании?
Сейчас в украинском АПК идет игра на выживание
Олег Бахматюк: Я думаю, что транснациональные компании будут ждать 2-3 года. Посмотрят, кто выживет на аграрном рынке, и затем – покупать. Сейчас в украинском АПК идет игра на выживание. Выигравшие получат «приз»: возможность стать частью
крупных международных игроков и продаться на 20-30% дороже. Я больше смотрю в сторону локальных инвесторов, не транснациональных.
Latifundist.com: Вам интересно покупать за рубежом предприятия или нет?
Олег Бахматюк: Зарубежные активы сегодня, однозначно, нет. Это никак не «падает» в нашу стратегию развития. Покупки в других странах никак не помогут улучшить финансовый результат компании.
Latifundist.com: Что с яичным бизнесом?
Олег Бахматюк: Он пострадал больше, потому что на 80% ориентирован на внутренний рынок. Из-за потери части Донецкой, Луганской областей и Крыма убытки выросли. Там сосредотачивались основные объемы продаж. За рубеж поставлялось только 20% – в основном, в Ирак. Но из-за военных действий в этой стране и он закрылся. Сейчас движемся в направлении поставок яичного порошка. В этом мы очень конкурентоспособные, но существуют административные преграды. Думаю, что через два года выйдем с этим продуктом на рынки Азии.
Что касается посевов, то UkrLandFarming делает ставку на кукурузу
Присматриваемся к Японии. Более-менее нормально идем в ЕС. Надеюсь, что через два года восстановится и украинский рынок, хотя бы на 50-60% мощностей. Мое ощущение, что уже достигли «дна» падения спроса на внутреннем рынке. Поэтому «Авангард» минимум 2-3 года будет восстанавливаться. Что касается посевов, то UkrLandFarming делает ставку на кукурузу. Эта культура продолжает оставаться приоритетной, даже несмотря на низкую закупочную цену на внешнем рынке. Хотим увеличить посевы озимых культур (кукуруза, пшеница, подсолнечник) с 25 до 30%.
Latifundist.com: Какие объемы потерь на востоке?
Олег Бахматюк: Что считать потерями? Фабрики в ДНР и ЛНР, конечно, потеряли. Есть еще две закрытые фабрики: первая – в Волновахе, вторая – в двух километрах от Донецкого аэропорта.
Они потеряны или нет? Углегорский комбикормовый завод полностью порезан на металл. А еще есть земли рядом с зоной боевых действий. Приняли решение их не засевать. Ведь люди отказываются на них работать, потому что на полях много мин, снарядов. Мы потеряли выручку и из-за снижения цен на сырье, в первую очередь на кукурузу. «Минус» по «Авангарду» – около $200-300 млн. Но главная потеря – не активы, а внутренний рынок сбыта.

Latifundist.com: Из-за событий на востоке Украины и в Крыму UkrLandFarming нужно наращивать внешние продажи. Что с планами увеличения экспортной составляющей с 20% до 50-60% к концу года? Где видите основные рынки?
Олег Бахматюк: «Авангард» первым открыл иракский рынок яиц. Именно на него делали основную ставку. Но война меняет эти планы. В Курдистан невозможно доставить груз. А это была одна из баз, куда можно поставлять яйца. Поэтому у нас осталась только ниша яичного порошка. Стоимость этого украинского продукта – одна из самых низких в мире. А еще его поставки имеют свою специфику: прежде чем продавать, нужно провести множество процедур сертификации и согласований. Тем не менее видим в этом большой потенциал и нашли крупного партнера в Европе и Азии. Сейчас ведем переговоры с крупной азиатской компанией, которая имеет большой опыт в дистрибуции подобных продуктов.

Основной экспортный рынок для «Авангарда» пока внутренний
В ряде стран запустили сертификацию. Надеемся, что к концу года, как минимум, откроем два рынка в Азии, что увеличит экспортные объемы UkrLandFarming на 20-30%. Рост внешних продаж до 60% возможен только за счет увеличения экспорта яиц.
Поэтому основной экспортный рынок для «Авангарда» пока внутренний. Надеемся, что он займет 50-60% всего сбыта. Параллельно будем стараться открыть европейский рынок для поставок яиц (порошок уже поставляем). Но Европа активно этому сопротивляется.
Latifundist.com: Какой рынок откроете в 2016 году?
Вообще меня интересует «треугольник»: Индонезия-Малайзия-Сингапур.
Олег Бахматюк: Надеюсь, что наш яичный порошок появится в Индонезии к концу года. Там огромнейший рынок, потому что меняется структура потребления еды. В плане сертификации выйти на него значительно легче, чем на китайский. Вообще меня интересует «треугольник»: Индонезия-Малайзия-Сингапур.
Latifundist.com: Когда Европа может стать доступной для украинских яиц?
Олег Бахматюк: Нужно было торговаться за экспортные позиции отечественных производителей, когда Украина была интересна Европе. А сейчас мы бедные и несчастные, поэтому там никому не нужны. Миром правит интерес, и торговые войны ведутся всегда. Коммуникаторами в этом процессе должны быть министры, специальные экспортные агентства. С каждым экономическим ухудшением Украина теряет свою аргументацию и становится не интересной на внешнем рынке.

Поэтому с ней никто не хочет вести переговоры.

Рынок ЕС – это теоретически большие возможности. В реальности ситуация другая. Надо бороться не только за поставку сырья туда. Выигрыш или проигрыш? Покажет время, потому что рынок огромный, 600 млн человек. За свое место на любом рынке надо бороться, так же как и защищать внутренний рынок.
Latifundist.com: Что думаете по поводу рынка Китая?
Олег Бахматюк: Посмотрите, что сегодня делает Китай: он начал другую политику закупки зерновых. Имея колоссальные запасы кукурузы, он спокойно может отказаться от системы экспортных закупок, преодолеть внутренние дотации производителям. Это выровняет рынок. Китайцы спокойно могут ждать 1-2 года, и они это делают, чтобы поставить всех поставщиков в неудобное положение, а затем с позиции сильного договариваться. Это — защита внутреннего рынка, и этому у них надо учиться.

Сегодня Китай поставил отношения с Украиной на паузу.
Сегодня Китай поставил отношения с Украиной на паузу. У них есть весьма негативный опыт общения с украинцами из-за невыполнения контрактов с ГПЗКУ, запуском «Воздушного экспресса». Это проецируется на принятие дальнейших решений о сотрудничестве. Поэтому о новых взаимоотношениях говорить трудно.
К тому же, китайцы не конфликтные и они с настороженностью смотрят на страны, где идут военные действия. Я думаю, что год-полтора они будут просто наблюдать за происходящим в Украине. Не надо также упускать из виду влияние на них России. Мы будем поставлять китайцам кукурузу. Увеличивать поставки не планируем. Возможно, будут другие торговые конфигурации.
Latifundist.com: Свое место в порту «Южный» Вам нужно для того, чтобы замкнуть цепочку в создании зернового «Газпрома»?
UkrLandFarming – это компания, которая «добывает» зерновую «нефть»
Олег Бахматюк: Все правильно. Я хочу построить зерновой «Газпром». Именно это и является конечной целью стратегии компании. UkrLandFarming – это компания, которая «добывает» зерновую «нефть». Порт – это площадка, где ее будут переваливать, поэтому в целом компания становится гораздо более интересной для внешнего инвестора.
Ведь 654 тыс. га земли и 3 млн т зерна – это много и привлекательно. Но появление порта с перевалкой (два причала, третий – в перспективе) – совсем другая стратегия и формат ее развития.

Сегодня самая большая проблема для UkrLandFarming в том, что компания не может расти. Год-два продержимся в нынешнем темпе, но дальше надо найти того, кто поможет развитию. Она не может стоять на месте. При существующем скепсисе компания стала другой, логистически управляемой, и это доказывает систематический посев и сбор урожая.
Latifundist.com: Площадки в порту планируете загружать только своим зерном или будете кого-то привлекать дополнительно?
Олег Бахматюк: Наше зерно – якорь. На этих двух морских элеваторах можно будет делать 1,5-1,7 оборота перевалки в год. Поэтому будем дополнительно закупать зерно – 1,5-2 млн т, что и так делаем сейчас. А также предоставлять услуги перевалки другим участникам. Для этого в UkrLandFarming имеется современный парк элеваторов. Морской терминал – заключительное кольцо. Стоимость перевалки будет рыночной. Главное – вопрос «якоря». Благодаря заходу в порт сможем иначе осуществлять хеджирование, поэтому цена нашей продукции будет выше.
Latifundist.com: Сколько составляют в среднем элеваторные мощности компании?
Олег Бахматюк: Общие мощности UkrLandFarming – 2,7-2,8 млн т. У нас есть элеваторное

оборудование, которое еще не установлено. Закончим посевную, проведем сбор ранних зерновых и в июне-июле пересмотрим свои инвестпланы. Хотим закончить строительство комбикормового завода и убойную линию в Херсоне, два элеватора в Виннице, которые уже построены на 80%. Речь идет об 1 млрд грн на эти цели. Если это сделаем, то общие элеваторные мощности UkrLandFarming на конец года составят 3 млн т.
Latifundist.com: Земельный банк планируете увеличивать?
Олег Бахматюк: Нет. Сейчас он составляет 654 тыс. га.
Latifundist.com: Сколько земли находиться под паром и на границе у линии огня? Что будете с ними делать?
Олег Бахматюк: Под паром – 100 тыс. га. Вывести их «на отдых» решили из-за снижения закупочных мировых цен на кукурузу. Это осознанный шаг уменьшить на 1 млн т новый урожай. Зачем гнаться, если цена кукурузы $165/т? Земли у линии огня – около 15 тыс. га. Отдавать их не планируем. Земли ведь не в ДНР или ЛНР, а рядом. Надеемся, что военный конфликт на Востоке закончится.
Latifundist.com: Как выглядит в перспективе земельная «шахматка» UkrLandFarming?
Олег Бахматюк: Важно иметь общий балл земель на твердую четверку. Интересна земля в Сумской, Винницкой, Черниговской, Полтавской, Хмельницкой и Тернопольской областях. Но при наших массивах нельзя иметь только первоклассную землю. 654 тыс. га – это не шутки. Управлять этой машиной сможет не каждый. В Центральной Украине делаем ставку на постепенное наращивание земельного банка. Хотя быстрого роста не будет. Это все требует ресурсов, которых сегодня у компании нет.
Latifundist.com: Что с инновациями в землю, например, в точное земледелие?
Олег Бахматюк: Огромные средства уже инвестировали в технику и технологии. Получаем
неплохие результаты: входим постоянно в пятерку лучших компаний Украины по продуктивности. С такими масштабами создать контролируемый живой механизм непросто. Именно поэтому систему точного земледелия на 654 тысяч га будет сделать сложно. Сейчас внедрили ее на 200-250 тыс. га. Если за 5 лет выйдем на 90% охвата всего земельного банка точным земледелием – будет хорошо.

Latifundist.com: Видите ли возможным вернуть банк «Финансовая инициатива»?
Олег Бахматюк: Я считаю это реальным. Такой вариант рассматриваю. Возможно, буду обращаться в суды и оспаривать решение о введении временной администрации в банк. Ведь «Финансовая инициатива» - ликвидный актив. Как акционер, который вложил в него около $300 млн, я не хочу, чтобы он пропал. Получится или нет – второй вопрос. Бороться с бюрократической машиной тяжело.
Latifundist.com: Олег Романович, развейте или подтвердите информацию о Вашем задержании в России.
Олег Бахматюк: Никто нигде меня не задерживал. Я в России с февраля 2014-го вообще не был. Это был один из элементов действий против меня и моей компании. Это также было направлено на то, чтобы сорвать договоренности по реструктуризации 200-миллионного кредита. «Черный» пиар.
Latifundist.com: Где черпаете силу, чтобы отбиваться от этого всего?
Я не могу допустить, чтобы построенная компания упала
Олег Бахматюк: В кругу родных и друзей. Я понимаю, что могу кому-то не нравиться из-за своего резкого характера, из-за действий или слов, но я не могу допустить, чтобы построенная компания упала. Вложено много усилий. Я
обещаю, что буду бороться за нее и тех, кто в ней работает, до конца. Конечно, как у всех, у меня бывают моменты разочарования, но потом понимаю, что надо идти вперед.
Latifundist.com: То есть швейцарский паспорт Вы себе не заготовили?
Олег Бахматюк: Мои сбережения и активы находятся в Украине. Я никуда не планирую их вывозить. В жизни бывают разные ситуации, когда переоцениваешь свои действия и отдельные поступки. Но уезжать из страны не буду. Хотя многим этого хотелось бы.
Latifundist.com: Некоторые говорят, что у Вас не принципов. Судя по всему, это не так.
Олег Бахматюк: У меня есть принципы. Для меня важно мнение людей, которых я уважаю. Сегодня в бомонде (не только киевском) не так много людей с твердыми моральными убеждениями. Это также говорит о качестве «элит».
Latifundist.com: А за какие «буйки» Вы никогда не заплывете?
Олег Бахматюк: Я ни у кого ничего забирать не буду. Я уважаю людей, которые что-то создают, и мне интересно с ними работать. Для меня ценна человеческая жизнь, здоровье… Всегда требую много от себя и того же ожидаю от подчиненных и партнеров. Я стараюсь слышать конструктивную критику, реагировать на замечания объективно.
Latifundist.com: Спасибо за интервью!
Наталья Билоусова, специально для Latifundist.com
Выполнено с помощью Disqus