ИНТЕРВЬЮ
Виталий Ставничук:
Мы не боимся повторить судьбу «Мрии»
31.05.2018 Константин Ткаченко
Блицкриг аграрного бизнеса Александра Гереги в последние годы впечатляет. За короткое время компания нарастила земельный банк до 110 тыс. га и, как сообщают наши источники, активно присматривается к покупке еще ряда крупных аграрных активов. Руководство холдинга заявляло о желании войти в ряд новых направлений: производство растительного масла, альтернативная энергетика, собственный терминал и др. Такое рвение многим напоминает «почерк «Мрии».

Эти параллели полностью отметает директор направления Агробизнес в компании «Эпицентр К» Виталий Ставничук. Он до недавнего времени работал топ-менеджером «Кернел», но после кадровых изменений покинул холдинг. Ставничук уверяет, что в новой компании ответственные решения принимаются достаточно взвешенно. Где находятся границы разумного в такой стремительной экспансии, чем отличаются бизнес-стратегии Александра Гереги и Андрея Веревского и в какую сторону продолжит расти империя, он рассказал в интервью Latifundist.com.
Виталий Ставничук
Виталий Ставничук
У Вас нет боязни, что «Эпицентр К» — это театр одного актера? Создается впечатление, что у вас компания с ручным управлением.
«Эпицентр К» — компания, в которой топ-менеджмент максимально ориентирован собственниками на результат. Отличие отечественных компаний, и в том числе нашей, от западных, работающих в Украине — оперативность в принятии решений, быстрота ответной реакции на кризисные ситуации и высокий уровень ответственности. Сейчас на решение текущих вопросов у меня уходит несколько минут, тогда как в других компаниях, где я работал, требовалось несколько месяцев. Если вы это называете ручным управлением, то оно эффективно.
А если обобщить, то какие отличия есть в работе у «Кернела» и в «Эпицентре К»?
Не хочу обсуждать предыдущее место работы, но в целом, это разные позиции, совершенно разные компании. Во-первых, в «Кернеле» я занимался только производством, а тут все вопросы: земельные, финансово-экономические и др.

Во-вторых, здесь мы работаем в основном на своих средствах, которые получаем после продажи продукции. Во многом также помогает «Эпицентр К», поскольку аграрное направление только развивается и пока нам не хватает собственных средств, особенно на инвестирование. В «Кернеле» было немного иначе.

В плане агропроизводства компании достаточно похожи, хотя здесь мы формируем немного иначе технологию производства: например, используем больше жидких удобрений, полностью переходим на КАС. Если же говорить о семенах, удобрениях, вопросах планирования, то мы одинаково работаем.
Как по мне, то Агрохолдинг «Эпицентр» более интенсивно развивается. Мы изучаем новые направления, возобновляемые источники энергии, смотрим на солнечную энергию, биогаз, орошение, активно внедряем инновации и современную технику. Мы всерьез рассматриваем возможность инвестиций в эти направления, достаточно серьезно изучаем животноводство, намерены строить современные животноводческие комплексы с инновационной системой кормления и содержания. В «Кернеле» животноводство было на втором плане.

Вы экспансивно развиваетесь, рассматриваете массу новых направлений, не боитесь повторить судьбу «Мрии»?
В «Эпицентре» высокий уровень бизнес-культуры, планирования. Есть ошибочное мнение, что мы вливаем большой ресурс в скупку активов, гонимся за свободными землями, покупаем все подряд. На самом деле у нас достаточно взвешенно и обосновано принимаются решения, все просчитывается, изучается, аудируется. У нас нет цели скупить максимальное количество агропредприятий и земель, наша цель — эффективное использование имеющихся активов и планомерное наращивание производства.
Что вы как компания хотите улучшить в сфере животноводства?
Мы рассматриваем создание высокопродуктивного стада. Первичная задача — 1500 голов. Что касается среднесуточных удоев, ставим ориентир – 40 л на фуражную корову. Мы были в Венгрии, Германии, там 40 л — средний уровень. Рассматриваем переработку продукции животноводства — это производство сухого молока и других продуктов. Но пока только изучаем это направление.
А что по свиноводству?
Это наше второе направление в животноводстве. Здесь мы достаточно взвешенно подходим, опять же, изучаем передовой опыт. Планируем поехать посмотреть, как это делают в Голландии, Дании, изучить опыт свиноводства. Пока наши свинокомплексы на среднем уровне, но я уверен, что это направление может быть прибыльным.
Давайте по актуальным вопросам. Какая у вас структура земель: сколько, под какие культуры отвели?
У нас очень простая структура. Имеем 3 основных культуры: озимая пшеница (25% посевов), подсолнечник (25%) и кукуруза (47%). Около 2% озимого рапса на Западной Украине. Немного земель отведено под кормовые культуры.

По животноводству у нас 3 тыс. поголовья: 1,5 тыс. дойного и 1,5 тыс. шлейфа. Мы рассчитываем где-то 0,5 га на корову, то есть еще 1,5% идет на кормовые культуры.


Сою не планировали сеять. Конечно, часто спрашивают, связано ли это с отменой экспортного НДС. На самом деле, нет, ведь мы приняли бюджет, где планировали структуру посевов, еще до законодательных изменений. К сожалению, у нас не было качественного посевного материала по сое, не были готовы технологии. Мы, возможно, перейдем на эту культуру постепенно, когда увидим, где можем ее выращивать, изучим сорта, технологии и т.д. В принципе, можно было бы выращивать сою на Западе, в той же Виннице, но мы к этому еще не готовы технически и технологически.
Такая структура посевов — наследие Glencore и других компаний, у которых приобрели земли?
Нет, Glencorе выращивал традиционные культуры зернового направления. У этой компании была специализация, заточенная под трейдинг зерновых. Например, они сеяли яровую пшеницу, а мы от этого отказались. Анализ 2017 года показал, что эта культура убыточна. Были у них также в севообороте соя, яровой ячмень — мы от них тоже ушли.
Почему произошла эта странная история с ViOil? Без пересказа официальных комментариев.
Мы изучали опыт переработки многих компаний, в т. ч. и «Кернела», который строит завод в Хмельницкой области, и увидели, что окупаемость новых объектов — 11 или 12 лет, хотя есть мнение, что даже больше. Безусловно, это должен быть прибыльный бизнес, и если маржа достаточно маленькая, а окупаемость требует значительного времени — нужно очень хорошо подумать.
Какие еще проекты рассматриваете?
Мы рассматриваем повышение эффективности логистической цепочки поле-элеватор-терминал. Также хотим закупить свой подвижной состав – около 300 ж/д вагонов, чтобы не быть заложниками нынешней ситуации с «Укрзализныцей».
Поговаривают, что у вас замедлилось строительство элеваторов, в том числе и по причине несвоевременных расчетов.
Насколько я знаю, все идет по плану и в рамках договоренностей с поставщиками и подрядчиками. Сейчас мы на стадии подготовительных работ и, возможно, создается впечатление, что мы не приступили к активной фазе стройки. На самом деле уже проведены демонтажные работы, подготовлены площадки, сделана геодезия, геология, подготовлены проекты. Следующий этап — строительные работы. Процесс идет под жестким контролем, и проекты мы не намеренны останавливать.
Вы с нуля строите объекты или реконструируете?
Вапнярка и Вендичаны — с нуля, Закупное и Винница — реконструкция.
Какие «узкие» места в элеваторах?
Винницкий элеватор — 100-тысячник, наш флагман. Он современный, эффективный. Для него задача — рассчитать все мощности, исходя из имеющейся площади, культур. Мы видим «узкое» место в приемке — там всего 2 тыс. т. Нам для того, чтобы быстро и качественно собрать урожай, нужно 4 тыс. т, поэтому мы занимаемся реконструкцией приемки. Добавляем 2 тыс., также строим сушку, емкости для хранения сырого зерна и увеличиваем емкости хранения на 72 тыс. тонн. На комплексе в Закупном мы фактически добавляем еще 60 тыс. хранения и 4 тыс. приемки.

Вапнярка и Вендичаны находятся в среднем поясе, там 3 культуры, а для этого, по нашим расчетам, достаточно также 4 тыс. приемки. Мы все элеваторы строим по типовым параметрам: не меньше 4 тыс. приемка и не меньше 100 тыс. т мощности хранения. Получается, все наши элеваторы будут иметь минимум 100 тыс.
А что по орошению?
Вот у нас карта орошения (показывает на карту – прим. ред.). Внедряем его в Западном регионе. В этом году площадь полива – 100 гектаров. В дальнейшем будем увеличивать посевы под орошением до 400 га. В целом считаем данное направление очень перспективным, в том числе и для товарных посевов.
Карты орошения
Давайте поговорим о расширении земельного банка. По нашей информации, вы рассматривали приобретение «Зеленой Долины», это так?
У меня такой информации нет. Во всяком случае, сейчас мы ее не рассматриваем.
А где рассматриваете варианты для расширения?
Если земля находится в нашей логистике, то мы ее так или иначе рассматриваем. Мы сейчас изучаем несколько проектов, пока о них говорить рано. В принципе, сегодня на рынке много предложений, это касается и больших компаний. Как минимум 4 компании сегодня рассматривают смену собственника.

Что касается регионов, то мы анализируем направление вдоль Одесской трассы. Я считаю, что с учетом климатических условий, нам надо двигаться от этой трассы в центр и на запад. Это Винница, Хмельницкий, Тернополь.
Вас рассматривали как вероятных кандидатов на покупку «Мрии», компания действительно заинтересована в этом активе?
Такая информация, наверное, появляется потому, что мы – одна из нескольких компаний, которые на рынке рассматривают увеличение земельного банка и работают над этим. Поэтому все то, что продается, приписывают нам. Но в данном случае, это не так.
Один из украинских консультантов по агрономии Михаил Микитюк в интервью нашему изданию говорил, что с помощью слаженной команды и при наличии ТМЦ можно снизить влияние природного фактора до 15%. Насколько реально это для вашей компании, которая работает в достаточно сложных условиях?
15-20% — вполне реальные цифры. В этом контексте важны три момента: кадры, технология, селекция. Если смотреть на технологические моменты, то уплотнение почвы — это минус 25% урожая. На него мало кто обращает внимания, хотя технологи сейчас об этом трубят.

Теперь гибриды. Засухоустойчивые гибриды дают 10-15% прибавки к урожаю. Есть препараты, которые позволяют растениям продлить жизнь в неблагоприятных условиях. Если их внести заблаговременно – до ожидаемого роста температуры, они позволяют растению безболезненно и комфортно пройти этот период.

Дальше — предпосевная обработка. Там, где мы ее не проводим и проводим, разница в урожае существенная — около 10% плюс на полях без дополнительной механической обработки. Ранний посев — это также плюс к урожаю, хотя он и может быть нивелирован заморозками.

Направление посева: если работаешь в жарких регионах, то оно не может быть с юга на север, ведь прогреваются междурядья. В этом смысле важна оптимальная густота, чтобы уменьшить испарение влаги, грунт должен быть закрытым. Когда испарение из почвы уменьшается, это уже залог урожайности. В северных регионах для того, чтобы растение начало быстро вегетировать, наоборот, надо ставить направление юг-север или промежуточное, чтобы прогрелась земля.

На самом деле, много факторов, с помощью которых можно нивелировать погодные влияния. Мы стараемся этим всем управлять. В этом смысле обязателен еще один пункт — контроль и мониторинг. Мы сейчас выстраиваем систему спутникового мониторинга посевов, анализируем поля с помощью БПЛА и т.д.
Слышали, вы собираетесь создавать инновационный центр.
Да, мы работаем над его созданием. На данный момент в приоритете посевная, но по ее окончанию перейдем в активную фазу реализации проекта. Уже есть наработки по созданию агрохимлаборатории. Инновации и современные технологии – то, на чем мы хотим сделать основной акцент.

В кластерах развиваем научное направление на уровне агрономической службы. Хотя есть мысли все-таки создавать отдельное научное направление, ведь вопросы производства и науки немного разные. Отвлекать специалистов агрономической службы на научные исследования — не совсем правильно.
Как у вас с кадровым обеспечением?
Мы полностью на сегодня обеспечены кадрами как по центральному офису, так и по региональным. В компании нет серьезных кадровых пробелов. У нас достаточно конкурентные заработные платы и хорошие перспективы развития.

Во многом удалось оптимизировать кадровый состав благодаря системе механизированных отрядов. Эту практику я не успел внедрить в «Кернеле». Мехотряд — это единица, которая занимается производством. Не земельными, социальными или любыми другими вопросами, а сугубо
производством. В него входит ведущий агроном, несколько помощников, инженер и механизаторы.

Для мехотряда определена площадь, структура, мы его обеспечиваем всем необходимым — техникой, ТМЦ. Он должен вырастить продукцию с определенной урожайностью на определенную сумму. Все! По Виннице мы это сделали, по Центральному кластеру, по Западу — в процессе. Там произошло увеличение земельного банка за счет «Оболонь-Агро», идет процесс интеграции.

Слышал, что еще в «Кернеле» Вы хотели запустить своего рода Клуб открытости, когда агропредприятия готовы открывать технологические карты, заниматься взаимообменом полезной информацией. Удалось ли его реализовать, собираетесь ли в «Эпицентре» продолжить начатое?
Да, мы пробовали запускать такой пилотный проект. Но, к сожалению, украинские компании не совсем готовы к открытости. Но это нас не останавливает. Немного в другом виде, возможно, больше в формате общения, но мы хотим обязательно продолжить начатое. Например, создать на базе инновационного центра дискуссионную площадку, где бы мы могли не только показать себя на карте, на Cropio, но и дать друг другу дельные советы, подискутировать, обсудить технологии. Т.е. я только хочу поменять формат, клуб пассивной открытости не действует. Поэтому я говорю о формате активной открытости, об откровенной дискуссии.
Чувствуете отголоски Хмельницкого АгроМайдана, люди там еще против вас?
Нет, все спокойно. Хотят на тот момент я еще не работал в компании, но зная рынок, понимал, что это было искусственно. Люди не поняли, зачем они выходили, их банально использовали другие заинтересованные лица, которые не хотели конкуренции «Эпицентра».
Но многие жалуются, что вы создаете «перегрев» рынка...
Мы работаем в рыночной среде, где всегда есть определенная конкуренция. Наши выплаты все официальные, поэтому кто-то может говорить, что мы перегреваем рынок, так как наша позиция заставляет других работать «в белую». Тот же фермер не всегда оформляет договора с пайщиками, не всегда узаконивает свою деятельность. Я не имею ничего против фермера, но он должен работать по закону.

Мы никогда не будем в одинаковых условиях, потому что фермер там утаил, там припрятал, за чистый кэш продал урожай и так далее. Поэтому я за то, чтобы рынок работал в единых конкурентных условиях.
Виталий Ставничук
Выполнено с помощью Disqus