Почему в агросекторе воровство трудно излечимо

Павел Фесюк
Павел Фесюк, коммерческий директор компании «УкрАгроКом»
Источник фото: Latifundist.com

Воровство в сельском хозяйстве искоренить крайне тяжело, ведь эта система умеет адаптироваться к новым обстоятельствам. Схемы хищений — как вирус гриппа — постоянно мутируют, меняются, приспосабливаясь к новым условиям, новым системам борьбы с ними. Можно попытаться излечить это двумя способами: сильным иммунитетом (корпоративной культурой, мотивацией, высокой зарплатой, премиями) или лекарствами (жёстким контролем и наказаниями).

Когда кражи — не порок

Наше общество длительное время было под гнетом всевозможных господ. Тогда вопрос кражи был скорее вопросом восстановления социальной справедливости, выравнивания условий жизни между низшими слоями общества и высшими. Человек, идя на преступление, понимал, что не станет изгоем в обществе. А, наоборот, встретит понимание и поддержку со стороны родных и близких — представителей того же класса.

Эти взгляды дошли и до нашего времени. У нас же в обществе как: если ты воруешь у того, кто богаче тебя, — ничего страшного. А если у своего соседа, равного тебе, то вызываешь осуждение. Это как в сказке о Робине Гуде. Его восхваляли и считали героем, потому что тот воровал у богатых. А сам факт не считали преступлением.

Давайте возьмем времена «лихих 90-х». Многие из нас воспитаны в годы, когда были популярны всевозможные фильмы о том, как круто быть гангстером, вести такой образ жизни, когда получаешь все и сразу. Вся культура того времени была построена на уважении к ворам «в законе». Хотя в других европейских странах уважение к частной собственности настолько высоко, что вора автоматически исключают из круга общения. Он становится изгоем. У нас такого нет.

Многие из нас воспитаны в годы, когда были популярны всевозможные фильмы о том, как круто быть гангстером

Одна из причин того, почему сотрудники агрохолдингов воруют «по-черному» — они знают, что не получат существенного наказания. Думают: «Ну, уволят — пойду в другую компания и там продолжу воровать». Из-за несовершенного законодательства сложно упечь такого сотрудника за решетку. Ведь наша полиция и суд будут говорить о краже только тогда, когда зерно физически обнаружено, а не на основании расчетов и датчиков систем GPS-мониторинга.

Что толкает сотрудников на кражи?

Прежде чем бороться с воровством, давайте разберемся, что вынуждает работников воровать. Если обратиться к теории Маслоу в мотивации принятия решений, то я отвечаю себе: у них не обеспечены базовые жизненные потребности.

Если человек не может себе позволить в полной мере элементарные вещи (еду, лекарства, одежду), он чувствует неудовлетворенность. Поэтому даже если заработная плата хорошая, он задает себе вопрос: «а что со мной будет завтра?». Времена меняются, и простой механизатор каждый день чувствует на себе возрастающее давление. Требования руководства растут — давай больше урожая, выше, быстрее, лучше. Его заставляют ходить на тренинги повышения квалификации, он все чаще слышит новомодные малознакомые термины. И в один момент, наблюдая, как все быстро меняется, задается вопросом: «а что будет дальше?» Завтра, возможно, этот холдинг кому-то перепродадут, а у него даже нет никакого запаса на черный день. И в этот момент он принимает решение — обеспечить свои базовые потребности как человека. И начинает искать пути нажиться.

Агродар: нельзя отучить персонал от воровства
Читать по теме

Каковы факторы для принятия такого решения? Их два: культура (воспитание, влияние общества, принятые модели поведения в обществе) и низкий уровень доходов. Если бы у человека был доход на уровне 2 тыс. евро, как у наемного работника или фермера в других европейских странах, думал бы он о том, чтобы украсть мешок семян подсолнечника за $200? Возможно, но это бы не происходило настолько массово. В любом случае хищений было бы намного меньше.

Грамотные кражи не наносят больших убытков холдингам

Если у рабочего есть голова на плечах и он захочет украсть, то вы даже не узнаете. Можете натыкать во все углы камеры наблюдения, облепить технику датчиками движения, топлива и т.д. Если человек задумал мошенничество, он найдет способ, чтобы обойти все системы защиты. Работник снимет на камеру, как он все зерно засыпал в сеялку. А тогда с этой же сеялки все зерно выберет себе так, что вы этого не заметите.

К примеру, теневой рынок химикатов Украины оценивают в $25 млн. А если я скажу, что холдинги не получают значительных убытков от таких больших объемов краж? Работники не дураки и воруют в пределах разумного. Если брать в качестве примера средства защиты растений либо семена, то воруют их между нижней и верхней границей нормы внесения. Этот люфт составляет 10% от общего объема. Декларируя владельцам верхнюю границу, они используют нижнюю. Существенных потерь от этого в производстве нет. Сотрудник крупного агрохолдинга, ничем не рискуя, может украсть эти 10%.

Рассмотрим наиболее ценный в сельском хозяйстве ресурс — посевной материал. Невозможно угадать, каким будет отклонение между количеством высеянных семян и тех, что взошли. Но в любом случае оно будет. Тут начинается риск менеджмента. Владелец должен принять приемлемый для него процент потерь.

Семена гороха

Вот мы говорим, что краж не должно быть. Но в тот момент, когда мы принимаем для себя эту норму потерь, то по сути соглашаемся с тем, что они будут, и не только от объективных факторов (плохой погоды, засухи, болезней), а и от хищений. В этот момент мы договариваемся со своей совестью о том, какой процент потерь для нас приемлем.

Поймать за руку: как в HarvEast борются с воровством
Читать по теме

Мошенник будет в любом случае знать и понимать эту норму. Я считаю: если агроном или другой сотрудник хорошо поработал (сорняков нет, урожай хороший) и при этом умудрился еще и украсть, он — молодец. Объясню почему. Этот человек все спрогнозировал, рассчитал — дозы, нормы — и воплотил эту схему в жизнь без потерь для компании. За этот же промежуток времени, в этой же системе и модели работы, он выполнил две работы одновременно: прямые технологические задачи и свои дополнительные расчеты. И хоть он и смошенничал, результат показывает, что он — экстра-профессионал, потому что использовал мозг на сверхмощном уровне. Мы таких людей не наказываем. Никто их не хвалит, конечно. Проводим профилактическую работу. Но и не гоним.

И пока есть вот такие сотрудники, эту систему не победить. Если бы существовал один удачный шаблон действий, то все бы уже давно искоренили эту проблему. Пока есть существенный спрос, соответствующая инфраструктура, то будет и предложение.

Рецепт №1. Высокие зарплаты, а в случае кражи полная изоляция

Средняя зарплата агронома — $500, а мешок семян подсолнечника стоит около $200. Найдите мне схему, как избежать коррупции в таких условиях? Пока общество не признает, что кража или посягательства на чужую собственность является одним из самых больших зол, никакими факторами не запугаешь и не убедишь человека не воровать.

Единственное, что поможет — высокая зарплата, но при этом полная изоляция воров. Их как класс нужно уничтожить. Таких людей должны затравить настолько, чтобы те выезжали из города от такого позора.

Единственное, что поможет — высокая зарплата, но при этом полная изоляция воров

В нашей стране зачастую все валят на несовершенное законодательство. Так может быть, действительно на законодательном уровне нужно принять ужесточенные меры наказания для таких людей? Единожды укравшему человеку запретить вести деятельность в сельскохозяйственной сфере. И тогда любой агроном или механизатор, который сейчас думает: «Ничего страшного, выгонят — устроюсь на другую работу», после принятия «антиворовского» закона будет понимать: он больше никогда не сможет работать в этой сфере. Его добавят во всевозможные черные списки. Нет страшнее наказания, чем изоляция.

Куда катится аграрный бизнес?
Читать по теме

Тема хищений в АПК одинаково сложная, как в части того, что воруют, так и в части того, что компании тратят значительную часть средств и времени на контроль сохранности ресурсов. Я считаю, что контроллинг — ошибочный путь, потому что он не меняет самой сути проблемы. В «УкрАгроКом» 15% фонда заработной платы предусмотрено для охранных и силовых структур. Это те люди, которые должны контролировать других людей. Как по мне, лучше было бы направить эти средства не на контроль краж, а на контроль качества работы: своевременности высева, обработки, внесения удобрений. Цивилизованный мир вкладывает в контроль управления, а мы — в контроль сохранности ресурсов. Это ложный путь, деструктивный. Потому что, по сути, мы тратим колоссальные средства на исправление ошибок в воспитании.

Вот на что действительно стоит тратить деньги — это бухгалтерский аудит. Общество в своей истории достаточно долго боролось с кражами и мошенничествами. Значительный прорыв был введен в бухгалтерии. Главный принцип бухгалтерии звучит так: двухмерная ответственность. Ведь каждый бухгалтерский документ имеет минимум две подписи. И если владелец себе может это позволить, то он нанимает независимый аудит, который бы вот такие вопросы решал и рассматривал.

На что действительно стоит тратить деньги — это бухгалтерский аудит

Высокая зарплата, система KPI, система конкретных мотиваций, система принятых норм отклонения и независимый бухгалтерский аудит — так я вижу сегодня эффективную украинскую модель контроля мошенничества и воровства в агросекторе.

Павел Фесюк, коммерческий директор компании «УкрАгроКом»

Узнавайте первыми самые свежие новости агробизнеса Украины на нашей странице в Facebook, канале в Telegram, скачивайте приложение в AppStore, подписывайтесь на нас в Instagram или на нашу рассылку.

Выполнено с помощью Disqus