Дениел Свири: Американский ковбой на украинских полях

Дениел Свири, один из основателей компании «Киев-Атлантик Украина»
Источник фото: Latifundist.com

Они входили в пятерку крупнейших иностранных миллионеров-инвесторов в Украине. Стали первооткрывателями по выращиванию, переработке и экспорту сои. 28 лет обрабатывали украинскую землю и всячески агитировали вкладывать деньги в нашу страну.

Но сейчас семья Свири уже перестала заниматься агробизнесом. Недавно они продали большую часть своей компании «Киев-Атлантик Украина» немецкой Agrolife GmbH. В свою очередь, ГК «Эридон» получил право аренды на все земли Свири, которых насчитывалось 8 тыс. га. Как все начиналось и чем все закончилось, мы узнали, пообщавшись с Дениелом сыном легендарной американско-украинской супружеской пары.

Latifundist.com: Дениел, почему Вы редко даете интервью?

Дениел Свири: Знаете, в какой-то момент наша компания перестала быть интересной широкой публике на фоне роста крупных агрохолдингов.

Latifundist.com: Хотя в свое время Ваша семья была пионером соеводства в Украине

Дениел Свири: Да, мы работали более чем с 200 колхозами в Украине. Выглядело со стороны так, словно американский ковбой приехал в Украину (улыбается). Возьмите эту книжку (протягивает корпоративное издание — прим. ред.), мы построили этот зерновой элеватор в Мироновке Киевской области. Тогда о нас много писали.

В 1998 г. были политические проблемы, экономический кризис в Украине. О нас снова говорили в газетах New York Times, Financial Times. Мы получали помощь от американского правительства, включая вице-президента Альберта Гора. В Украине до 2000-2001 гг. экономика развивалась очень медленными темпами. Мы начали производство комбикорма под торговой маркой «Мультигейн». В итоге она стала лидером на рынке. По земле мы стартовали с 0 и дошли до 10 тыс. га до кризиса 2007-2008 гг.

Latifundist.com: Как на ваш бизнес повлиял экономический кризис?

Дениел Свири: После кризиса рынок бурно рос. Агрокомпании начали получать от европейских и американских банков и фондов большие кредиты и брать в аренду 100, 200, 300 тыс. га земли. Но это не было интересным для нашей маленькой компании. Все тогда хотели проводить интервью с большими компаниями, такими как UkrLandFarming, «Астарта». К нам же обращались не очень часто. Но мы имели сильную дистрибьюторскую сеть и продолжали увеличивать бизнес до войны в 2014 г. и девальвации гривны. Хотя мы и не были самыми большими, но у нас все происходило очень эффективно и разумно.

Latifundist.com: Как Вас называли в селах? Свири, американцы, ковбои, янки?

Дениел Свири: Честно говоря, не знаю. Мой отец — очень харизматичный человек. Люди верят ему, слушают. Почему наши компании были успешными? У моего отца всегда было много идей. Его супруга Тамара Юрьевна была лингвистом, но при этом хорошо понимала сельское хозяйство. Она была сильным партнером для отца и в жизни, и в бизнесе.

Я видел его генералом. Но я был его полковником, который должен был ехать в поле, работать  и воплощать его идеи в жизнь. У нас было много отделов, людей, с которыми мы пытались построить команду. Некоторые ушли, начали собственный бизнес, но многие оставались с нами более 25 лет. Это просто большая корпорация, но в то же время и большая семья.

Latifundist.com: Вот Вы приехали, что поначалу выращивали, как складывались отношения с местными? 

Агробизнес США. Портрет на украинском фоне
Читать по теме

Дениел Свири: Первой культурой мы хотели выращивать сою, а еще больше — ее перерабатывать. Для этого мы построили завод. В 1998-1999 гг. Мироновский район нам хотел отдать все. Люди здесь несколько лет не получали зарплату, 3-4 раза в неделю представители сел приходили и умоляли нас заняться их землей. После года настойчивых просьб районной администрации мы согласились. Вот только североамериканский севооборот (соя-кукуруза) — не мог на 100% реализоваться. Люди хотели больше получать арендную плату зерном, чем деньгами.

Дениел Свири

Latifundist.com: Какая была прибыль с 1 га в лучшие годы?

Дениел Свири: Более $1000/га.

Latifundist.com: Сейчас это фантастика.

Дениел Свири: Да, но 6-7 лет мы показывали такие результаты.

Latifundist.com: По нынешним временам для агрокомпании $300-400/га считается неплохой прибылью

Дениел Свири: Да, по моему мнению, неразумно обрабатывать сотни тысяч гектар. Исчезает контроль. Для сравнения я, мой отец, мой заместитель мы в поле каждый день. Мы отслеживали кражи, контролировали все затраты.

Latifundist.com: Какими в целом были для вас эти 28 лет в Украине?

Дениел Свири: Мы очень гордимся той работой, которую проделали здесь. Мой отец смог воплотить в реальность мечту, которая у него была, выращивать и перерабатывать сою. Мы первыми открыли рынок сои в Украине, построили маслозавод для ее переработки. Были первой компанией, которая выпускала соевую макуху для производства комбикорма. В 2013 г. наша компания оценивалась в $56 млн. После того, как началась война, продажи комбикорма начали падать. Предприятие потеряло 50-60% своей стоимости.

Читать по теме: ТОП-10 производителей комбикормов в Украине 2017

Latifundist.com: Причина только в падении продаж комбикорма?

Дениел Свири: Это следствие. Одна из основных причин — валютный курс. После начала войны на Донбассе он обвалился в три раза, цены выросли, люди потеряли деньги. Ранее комбикорм пользовался большим спросом. Его покупали начала своего малого бизнеса — выращивания свиней, коров и кур для последующей перепродажи на рынке для получения дополнительного заработка в свои домохозяйства. После девальвации у людей не стало денег для поддержания этого малого бизнеса, они смогли позволить себе выращивание скота преимущественно для своего собственного потребления. А для этого они вернулись с более дорогого корма на зерно и траву, что было менее эффективно, но доступно.

После 2014 г. мы начали восстанавливать нашу дистрибьюторскую сеть по продаже комбикорма. Но вернуть утраченное было не под силу. Основатели нашей компании Девид и Тамара Свири решили вернуться в США на заслуженный отдых.

Параллельно мы получили хорошее предложение, чтобы продать наши аграрные активы. К тому же у нас с датскими партнерами разные взгляды на управление компанией. Они имеют собственные компании в Украине, на которых хотели сфокусировать инвестиции. Поэтому мы решили, что наступило время продать наш аграрный бизнес. Но мы не продали торговые марки. Поэтому я решил остаться в Украине.

Latifundist.com: То есть торговые марки и дистрибьюторские сети остаются за Вами?

Дениел Свири: Да.

Latifundist.com: У вас ранее было около 100 магазинов, верно?

Дениел Свири: Сейчас магазинов не осталось. Есть дистрибуция, грубо говоря, 30 магазинов. Но я не отчаиваюсь. Бизнес по комбикорму понемногу растет с каждым годом.

Мы работаем над улучшением состава белково-минеральных витаминных добавок для свиней. Сейчас строим новую команду. У нас новый директор по продажам. Он больше будет заниматься реализацией продукции для производителей, а менеджер в Мироновке будет отвечать за существующую дистрибьюторскую сеть, соответственно, дистрибьюторы и их дилеры за продажи потребителям в селах.

Latifundist.com: Дениел, у вас было 10 тыс. га земли в обработке. Они принадлежали исключительно семье Свири или также и вашим датским партнерам?

Дениел Свири: 50 на 50. Но мы полностью занимались менеджментом. Наши партнеры жили в Дании и просто инвестировали деньги.

Latifundist.com: А у Вас не было мысли оставить 5 тыс. га, условно говоря, которые принадлежат семье, и продолжить заниматься сельским хозяйством? А датчане, с которыми произошли разногласия в плане ведения операционной деятельности, продали бы свою часть. Или Вы тоже не увидели экономику?

Дениел Свири: Датский партнер не был менеджером, я руководил фермерским хозяйством. Они не хотели управлять компанией по принципу 50/50. Так что на собрании Совета директоров мы решили все продать. На самом деле я не думаю, что сейчас земледелие в Украине — самый лучший вид бизнеса.

Прибыль с гектара $300 это нормально сейчас. Но я не вижу в этом смысла. В Украине есть риск по спросу и предложению на продукцию, риск политический, финансовый. Да и по затратам все очень дорого. Компании, которые производят семена, оборудование, хотят получать больше прибыли. А у фермеров доход только уменьшается. В США очень легко найти финансирование. Украина — это другая история.

Latifundist.com: 10 лет назад для вас было идеальное время?

Дениел Свири: Да. Сейчас, понимаете, дурдом — конкуренция по земле сумасшедшая. Хотя я рад за людей, пайщиков, у которых есть земля. 15 лет назад они получали 2% от нормативной оценки земли. Сейчас это 10% и больше.

В то же время есть менее рискованные направления бизнеса. Я думаю, что большие компании, которые обрабатывают несколько сотен тысяч гектар, сегодня будут успешными. Для отца и сына с зембанком в несколько тысяч гектар работать в плюс можно, только когда вся касса работает «по-черному». Но не платить налоги — это плохо для страны. В каждом деле должна быть прибыль. Я не хочу воровать, не хочу обманывать людей в селе.

В Америке, когда есть прибыль, все  налоги платят по-честному. Поэтому города чистые, дороги прекрасные, везде есть освещение. Мы просто это приняли. То есть, если мы хотим нормальную социальную жизнь, нужно платить налоги. И мы это понимаем в США. В Украине пока не все понимают.

Latifundist.com: В период бурного роста, когда Вы зарабатывали $1000 с гектара, у Вас не было желания стать латифундистом с сотней тысяч гектар?

Дениел Свири: Тогда это была еще новая идея в Украине взять в обработку 100+ тыс. га. Но мало говорят о том, сколько у этих компаний украли, часто свои же сотрудники. Опять же, если это семейный бизнес, ты можешь лучше контролировать все операционные процессы.

Много компаний, которые планируют расширяться, хотят оптимизировать затраты на гектар. Но они совершают большую ошибку, сокращая количество внесенных удобрений. Кстати, никто в Украине не удобрял поля так хорошо, как мы. Мы вносили больше минеральных удобрений на гектар с учетом специфики и потребностей каждого конкретного поля после проведения детального анализа грунта. Это важная инвестиция.

Latifundist.com: Ваши инвестиции тормозил мораторий на продажу земли?

Дениел Свири: Однозначно. Если мы владеем землей, соответственно, хотим развивать бизнес каждый год. Чтобы мой сын, который начнет заниматься сельским хозяйством через 20 лет, имел лучшие почвы, чем были у меня в начале. Сейчас большие компании арендуют землю на 5-7 лет. Но никто не хочет вкладывать деньги в чью-то землю. Зачем инвестировать, если можно просто арендовать?

Latifundist.com: В случае открытия рынка земли Вы рассматриваете возможность вернуться в сельское хозяйство?

Дениел Свири: Мы продали все вместе с техникой, оборудованием. Я не хочу покупать оборудование на $1-2 млн, чтобы начать все с нуля. Будет очень сложно конкурировать с латифундистами, которые занимаются землей. Мне 53, мне неинтересно начинать все заново. Есть другие возможности в Украине, менее рискованные. Честно говоря, не думаю, что правительство Украины разрешит иностранцам владеть землей. Если бы мой сын занимался этим, я бы, возможно, подумал. Но я не знаю, кем он хочет быть.

Latifundist.com: Кстати, сколько сыну лет?

Дениел Свири: Девять. Он гражданин Украины и он будет сам решать, кем будет и где захочет жить. У него есть выбор. В Украине же у многих людей в селе нет выбора. Им надо копать свою картошку, держать двух свиней, корову. Вот почему дети в 18 лет уезжают в город. В Америке, если люди остаются в селе, это значит, что они любят заниматься землей, это у них в крови.

Latifundist.com: Вы прошли три кризиса: 1998 г., 2008г., нынешний плюс война. В предыдущие кризисы у Вас тоже было желание продать бизнес? Не было мыслей бросить все и вернуться в США? Или Вы видели перспективу?

Дениел Свири: На протяжении 28 последних лет у нас трижды была возможность все бросить. И в третий раз мы продали бизнес. Хотя два предыдущих предложения были более выгодными, тогда нам предлагали больше денег, чем сейчас.

Сегодня мы продали сельскохозяйственные активы сильной украинской компании «Эридон». У «Агролайфа» немецкое финансирование, я думаю, это будет прибыльно для обеих компаний. Все-таки для украинцев лучше вести бизнес в Украине. 20 лет назад ситуация была другая. Тогда нашим преимуществом с  отцом был опыт. Вы знаете, что экономика, культура и политическая ситуация меняются. Украина всегда будет занимать большое место в моем сердце, но мы всегда были здесь гостями. Мой сын украинец. Возможно, он станет более успешным бизнесменом, чем его отец.

Latifundist.com: Кстати, Дениел, в 25 лет Вам тяжело было переехать в Украину?

Дениел Свири: Да, мне было тяжело. Я думал, поработаю здесь 3-4 года максимум, а потом вернусь. Но столько лет уже живу здесь.

Latifundist.com: У семьи Свири украинские корни?

Дениел Свири: Нет, голландские.

Latifundist.com: Знаем из предыстории, что в свое время Горбачев со всей своей делегацией посещал Америку. Именно тогда он предложил Вашему отцу приехать в Украину. Скажите, что еще, кроме открытия рынка сои, Вы принесли в Украину из американских технологий?

Дениел Свири: Мы всегда использовали только американские тракторы, комбайны, сеялки. Это лучшее оборудование в мире, но главное — методология. Первое это удобрение. Я доказал, что вкладывание денег в удобрения дает $1000 прибыли с гектара. Мне лучше получить $1 тыс. прибыли с 10 тыс. га, чем $100 прибыль со 100 тыс. га. Это разумней.

В первом случае для меня это удовольствие, я чувствую себя фермером. Во втором надо работать 21 час в сутки, 7 дней в неделю.

Кстати, вы знаете, что мы были первые в Черкасской и Киевской областях, кто работал на уборке урожая 24 часа в сутки?

Latifundist.com: Нет, расскажите.

Дениел Свири: В Черкасской и Киевской областях у фермеров не было даже фар на МТЗ. Люди работали 10 часов в день и считали нас сумасшедшими. Потом они, правда, купили фары за $80 и через 3 года каждый уже работал в поле по 24 часа.

Дальше по новинкам. Смотрите, простые вещи: есть поле, сначала вы идете с плугом в одном направлении, вспахиваете его, потом культивируете в том же направлении и засеваете так же. При этом поле получается неровное. Что мы сделали в Америке за 80 лет тяжелым оборудованием и техникой? Мы один раз задисковали поле по диагонали, прокультивировали по диагонали в противоположном направлении и земля ровная и готовая к посеву. Нам же сказали, что мы много топлива теряем из-за дискования. Если вы сегодня поедете в Драбовский район, 90% аграриев обрабатывает землю таким способом.

Мы надеемся, что улучшили экономическую ситуацию в селах. Мой отец был первым человеком в Украине, кто оплатил соцбюджет в селах, где мы работали. Это было $10 с гектара. Ко мне люди приходили за деньгами каждый раз. Но мы хотели, чтобы местные жители сами управляли своим селом. Когда мы начали заниматься земледелием, работали где-то в 11 селах, в 8 из них не было газа. Чтобы его провести, районная администрация выделила ⅓ средств, мы заплатили столько же, и еще одну часть оплатили люди. И в селах появился газ.

Мало что работает, если только одна сторона получает выгоду. Надо поддерживать отношения с людьми, чтобы они действительно были равными партнерами.  

Читать по теме: Агробизнес США. Портрет на украинском фоне

Latifundist.com: Вы сказали, что чувствуете себя здесь гостем, хотя прожили в Украине 28 лет. Сейчас Вы больше американец, украинец, или 50/50?

Дениел Свири: Когда люди в Америке спрашивают: «Как тебе живется в Украине?», я всегда отвечаю: «Зависит от того, в какой день вы меня спрашиваете» (смеется). Я не думаю, что нужно пытаться стать кем-то другим. Нужно просто быть собой. Я считаю, что для большинства людей в мире дом есть дом. Мы его здесь обрели.

Latifundist.com: Дениел, огромное спасибо за откровенный, интересный разговор.

Константин Ткаченко, Анна Омбоди, Latifundist.com

Узнавайте первыми самые свежие новости агробизнеса Украины на нашей странице в Facebook, канале в Telegram, скачивайте приложение в AppStore, подписывайтесь на нас в Instagram или на нашу рассылку.

Выполнено с помощью Disqus