Игорь Очканов: Счастья и земли никогда не бывает много

В АгроЭкспедиции Подсолнечник 2018 наша команда познакомилась с очень интересным аграрием. Не так давно он занимал на предприятии должность главного зоотехника, поэтому досконально знает «кухню» молочного животноводство. О том, какие правила бизнеса диктует Его величество калькулятор, почему животноводство по умолчанию не может быть убыточным и нельзя останавливаться в росте — подробное интервью с директором агрофирмы «Россия» Игорем Очкановым.

Читать по теме: АгроЭкспедиция Подсолнечник 2018. Запорожская область: Россия (LANDFORT)

Latifundist.com: Агрофирма «Россия» является одним из старейших агропредприятий Запорожской области. Когда она была создана, сколько земли сейчас обрабатываете?

Игорь Очканов: Агрофирма «Россия» была создана в конце 90-х годов. В ноябре 2017 г. вошла в структуру агрохолдинга LANDFORT со всеми своими производственными мощностями и землями. Сейчас наш зембанк составляет около 10 тыс. га. Основными культурами из ранних зерновых для нас являются ячмень, пшеница, подсолнечник. Выращиваем также кукурузу на силос, хотя планируем в следующем году попробовать и на зерно. В этом году посеяли рапс.

Latifundist.com: Знаем, что были у вас и нишевые культуры?

Игорь Очканов: По нишевым культурам в этом году не работали. В предыдущие годы действительно выращивали сорго, кориандр, горчицу, шалфей, расторопшу...

Latifundist.com: Не планируете возобновлять такой севооборот?

Игорь Очканов: Севооборот пока еще никто не отменял, так же, как и экономику. Поэтому, чтобы  соблюсти требования первого, и, скажем так, не нарушать законы экономики и деятельности предприятия, нам придется вернуться к нишевым культурам. С какими именно будем работать, как это будет выглядеть — посмотрим по результатам года и по планированию севооборота на следующий год. В любом случае без этого нам не обойтись.

Latifundist.com: Получается, в текущем году вы отказались от нишевых из соображений экономики? То есть не совсем выгодно выращивать конкретно данные культуры у вас в регионе?

Игорь Очканов: Давайте будем говорить откровенно. Мы сейчас собираем урожай озимых культур не совсем свой. Когда в ноябре 2017 г. предприятие вошло в LANDFORT, мы получили уже готовую структуру посевных площадей. Сейчас же, планируя сезон 2018-2019 гг., будем смотреть и решать, как включить те культуры, которые нам помогут и в соблюдении севооборота, и в поддержании экономики предприятия.

Читать по теме: Визитка агрохолдинга LANDFORT. Аграрная крепость BKW

Latifundist.com: Вы также занимаетесь животноводством. Какое у вас поголовье, порода?

Игорь Очканов: Сейчас имеем 1000 голов, из них 618 — дойных, остальное — шлейф. Это украинская черно-рябая порода. В среднем, третье поколение голштинизации.

Игорь Очканов, директор предприятия «Россия»

Latifundist.com: Планируете наращивать поголовье и улучшать породу?

Игорь Очканов: Развитие животноводства у нас планируется двумя путями. Сначала подготовим материальную базу, а потом уже будем увеличивать количество. Сейчас наша задача — повышать эффективность. На самом деле в молочном животноводстве основополагающая цифра — это не сколько дойных коров содержится, а сколько в конечном итоге они дают молока. Можно иметь 1000 дойных коров и получать от них 1 т молока в день. В то же время, и 500 голов вполне могут обеспечить показатель 10 т в день.

Latifundist.com: Какая у вас продуктивность поголовья? Сколько удалось нарастить с момента вступления компании в структуру LANDFORT? И за счет чего?

Игорь Очканов: На момент нашего захода на ферму средний надой на дойную корову был порядка 17,6-17,8 кг. Мы поменяли структуру содержания и кормления. Сейчас надой — около 23 кг в сутки. На предприятии полностью перешли на монокорм и приобрели технику для его качественного приготовления. У нас работают измельчители грубых кормов, миксер-кормораздатчик, который обеспечивает правильное смешивание и равномерную выгрузку на кормовой стол. Также мы провели анализ биохимии стада, увидели, чего не хватает животным, каких витаминов и микроэлементов. Включили все это в рацион.

Наша задача — превратить ферму в фабрику по производству молока. А на фабрике все должно быть по часам. Все должны сверять часы по тому, во сколько заходит техника на кормовые  столы, в кормоцех. То есть, если миксер зашел на кормовой стол, значит, сейчас четко 9:25. Только так можно добиваться каких-то результатов.

Наша задача — превратить ферму в фабрику по производству молока

Молочно-товарное производство делится на 3 больших стадии: получить, забрать и сохранить. При этом забрать необходимо грамотно, так как в момент доения можно тоже очень много потерять. Поэтому мы провели техническое сервисное обслуживание оборудования, перестроили практически все вакуумные насосы, добились стабильного вакуума, поменяли сосковую резину. То есть выполнили ряд мероприятий, которые позволят не только производить, но еще и правильно забирать молоко.

Также полностью проведен сервис и ремонт всего холодильного оборудования, всех танков-охладителей. И на настоящий момент у нас все эти три составляющие работают и приносят определенный результат.

Latifundist.com: Сколько инвестиций вложили?

Игорь Очканов: Коммерческая тайна. Много (смеется — прим. ред.).

Latifundist.com: Какое у вас оборудование? И почему выбрали именно этого производителя?

Игорь Очканов: Westfalia. На этом производителе остановились еще в 2004 г., я тогда еще здесь не работал. Оборудование хорошее. Доильный зал системы «Карусель» — 32 места с компьютерным управлением и системами идентификации животных. Возможно, это единственная, или одна из немногих «Каруселей» производства 2004 г., которая работает на территории Украины. И она реально работает.

Latifundist.com: Чтобы, как Вы говорите, все работало по часам, необходимо минимизировать человеческий фактор и максимально автоматизировать производство? Это Ваша стратегия?

Игорь Очканов: Вы знаете, и так, и не так. В сельском хозяйстве минимизировать человеческий фактор очень сложно. А искусство любого руководителя заключается не в том, чтобы перебирать рабочих. А в том, чтобы создать условия и научить своих сотрудников работать так, как тебе надо. У нас пока полностью исключить человеческий фактор, особенно в животноводстве, — это фантастика. Там, где есть человеческий фактор, нужно заставить его работать в том ключе, как надо компании. А в новых процессах — постараться его вообще не использовать.

Молочное стадо предприятия «Россия»
Молочное стадо предприятия «Россия»
Молочное стадо предприятия «Россия»

Если мы ввели процесс кормления монокормом, мы не можем в этом процессе уйти полностью от человеческого фактора. Потому что есть человек, который управляет этим миксером кормораздатчика. Но ему предоставлены программное обеспечение, оргтехника, все необходимое, чтобы он смог работать один и контролировать процесс. При этом существует двойной контроль. То есть у зоотехника по кормлению установлена программа на компьютере, где в онлайн-режиме видно: как, чем и в какое время питаются коровы. Такая система, конечно, очень сильно помогает.

Latifundist.com: Кому сбываете продукцию?

Игорь Очканов: Реализуем молоко «Баштанскому сырзаводу». В среднем 10 т в день.

У нас с ними довольно долгий процесс взаимоотношений. К сожалению, в Украине ярко выражено сезонное колебание цен на молоко. Ни для кого не секрет, что переработчики молока этим пользуются. 

Latifundist.com: За счет чего планируете увеличивать поставки: наращивания поголовья или повышения продуктивности?

Игорь Очканов: Понимаете, мы все работаем в сельском хозяйстве по разным причинам. Вот я люблю землю и животных. Но честнее, наверное, будет сказать так: мы, конечно, любим землю и животных. Однако не настолько, как зарабатывать деньги. То есть цель любого бизнеса — это получение прибыли. Потому что за каждым руководителем стоит коллектив, за коллективом стоят семьи. Их надо кормить, людям надо достойно жить. Чем комфортнее человек себя чувствует, тем он больше отдается работе.

У нас есть Его величество калькулятор, который нам говорит и подсказывает, что делать и как. Мы специально себя подводим к тому, что летом у нас будет мало молока, а зимой — много. То есть, когда цена на молоко низкая — у нас его будет мало. Коровы будут в запуске, будут готовиться к растелу и отдыхать. А зимой, когда молоко дорогое, они у нас все растелятся, начнут активно доиться, у нас молока будет много. Это тоже регулируется системой воспроизводства стада.

Теленок из стада предприятия «Россия»

Latifundist.com: Какая на данный момент у Вас закупочная цена на молоко? И насколько она Вас устраивает с точки зрения рентабельности производства?

Игорь Очканов: Я не хочу обижать «Баштанский сырзавод», но закупочная цена на молочное сырье в настоящий момент ни одного производителя молока в Украине не устраивает. Она просто не отвечает тому уровню затрат, которые мы несем. И здесь у нас наблюдается перекос: в летнее время всегда цена на молоко падает. Это традиционно. Фермы, которые пользуются старой технологией, в летний период переходят на зеленый корм. Он ведет к временному повышению надоев молока. Из-за этого исторически на уровне подсознания сложилось, что летом молока много. А значит, за него надо платить мало.

На самом деле те предприятия, которые работают на промышленной основе и находятся на монокорме, летом испытывают проблемы с молоком. Ведь увеличиваются факторы внешнего воздействия, которые не способствуют повышению надоев. В основном, это температурный режим. Для коровы максимальная температура — 22 °C. А если у нас в тени +40? Животные испытывают дискомфорт и получают тепловой удар, пьют больше воды. Поэтому жирность молока падает, его количество тоже нестабильно.

Мне, как человеку, который продолжительное время занимается молочно-товарным производством, больше нравится зима. Все говорят, что зимой молоко «падает». Нет, не падает. Зимой молока много, оно стабильное, жирное, хорошее и качественное.

Latifundist.com: А летом нельзя добавлять в корм специальные биодобавки, чтобы улучшить качество молока?

Игорь Очканов: Мы пробовали выключить солнце — у нас не получилось (улыбается — прим. ред.). Самый основной отрицательный фактор — это температурный дискомфорт и тепловой удар. Да, есть технические пути решения этого вопроса, и они у нас в перспективе. Но пока на том оборудовании, которое мы имеем, не можем в полной мере обеспечить климатическую и температурную стабильность.

Latifundist.com: Сколько должен стоить литр молока, чтобы Вы сказали, что это оптимальная и справедливая для рынка цена?

Игорь Очканов: Справедливая цена для рынка по базису, по нашим подсчетам, — около 18 грн/л.

Справедливая цена для рынка по базису, по нашим подсчетам, — около 18 грн/л

Latifundist.com: Почему именно такая цена? Как вы просчитывали?

Игорь Очканов: Дело в том, что у нас есть стоимость рациона, средняя продуктивность коров и накладные расходы. Есть и определенная система мотивации. И для того, чтобы человек хорошо работал, он должен понимать, от чего зависит его достаток в конце работы. Есть коллектив, который понимает: чем больше мы надоим молока, тем больше мы за него получим денег, тем выше будет наше благосостояние. Но здесь геометрическая прогрессия. Чем больше мы производим молока, тем выше затраты. И они растут в стоимости рациона,  энергопотребляемости производства, в заработной плате. И это все взаимосвязано.

Я знаю предприятие, на котором возникла подобная ситуация. Когда люди доили 35 кг на голову, потом начали доить 37 кг. Потом посчитали и сказали: «Нет, будем доить 35». С Его величеством калькулятором спорить очень тяжело.

Latifundist.com: В отечественном животноводстве есть такой стереотип, что животноводство для аграриев — это больше социальный проект, нежели прибыльный. Какова ситуация для Вашего хозяйства?

Игорь Очканов: Как только вы перестанете в это верить, начнете зарабатывать деньги на животноводстве. Животноводство по умолчанию убыточным быть не может.

Если все средства, которые тратите на молочно-товарное производство, у вас превращаются в молоко — у предприятия не может быть убытка. И здесь очень важно, как и везде в жизни, сохранять баланс. Почему есть такое понятие, как сбалансированный монокорм? На самом деле, если у коровы разбалансированный рацион, мы выбрасываем деньги на ветер.

На самом деле, если у коровы разбалансированный рацион, мы выбрасываем деньги на ветер

Если мы даем корове избыточное количество протеина, но при этом не обеспечиваем энергией, чтобы она его переварила, мы просто берем свои деньги и выбрасываем их в органику. Поэтому в рационе коров, как и любого животного, которое мы выращиваем, должно быть четко обозначенное количество каждого элемента. При этом все они должны быть четко сбалансированы. И только тогда получаем какие-то результаты.

Да, есть и обратная сторона медали безубыточного животноводства. Если, к примеру, выгнал корову на поляну, у тебя затраты только на одного пастуха. Да, получишь 8 литров в день с коровы, но они практически бесплатные. Может быть и такой подход.

Latifundist.com: В одном из наших интервью директор Яготинского маслозавода сказал, что  Украине для того, чтобы поднимать животноводство и молочную отрасль, нужно создавать молочные холдинги. То есть предприятия с полным циклом производства, включая переработку. Вы с этим согласны?

Игорь Очканов: Совершенно верная мысль. Каждый человек, который занимается любым видом производства, хочет иметь полный цикл. Вспомните самый хороший рекламный лозунг: «З лану — до столу». Когда у тебя есть этот полный цикл, прибыль, которая зарабатывается на каждом участке производства, остается в твоем полном распоряжении. Как только какая-то цепочка выпадает из этой системы, значит, ты уже начинаешь с кем-то делиться своей прибылью и снижаешь свою долю.

Естественно, самое прибыльное — это полный цикл. И я подчеркну, не просто производства и переработки, но еще и реализации. Почему все предприятия, которые пользуются этим принципом, имеют свои фирменные магазины? Потому что они не хотят отдавать рознице с таким трудом заработанную прибыль.

Latifundist.com: Насколько LANDFORT готов к тому, чтобы входить в глубокую переработку или вообще в молочную переработку?

Игорь Очканов: LANDFORT готов зарабатывать деньги. И это правильно. 1-я статья Закона Украины «О предприятиях» что гласит? Что любое предприятие создается с целью получения прибыли для обеспечения социальных потребностей своих работников. Вот мы и будем выполнять данный Закон.

LANDFORT готов зарабатывать деньги

На самом деле вопрос переработки рассматривается.  Но животноводство — это та отрасль, где очень трудно, а в некоторых случаях даже невозможно исправлять ошибки, которые были допущены в начале пути. Поэтому мы очень грамотно и взвешенно подойдем и к развитию в фазе количества, и в фазе качества.

Latifundist.com: На чей-то опыт будете опираться?

Игорь Очканов: Мы всегда опираемся на чей-то опыт. Но я вам честно скажу, в Украине нет ни одного предприятия, в котором бы мне (с точки зрения молочного животноводства) нравилось все от начала и до конца. И это нормально. Потому что у каждого свои взгляды на организацию и обеспечение производства, на работу с конечным продуктом. Здесь неприемлемо понятие хорошо или плохо. Это просто по-разному. То есть для кого-то этот путь приемлем, для кого-то — нет.

К примеру, есть предприятие (не будем его называть), которое решило построить кормовой завод. Представляете, у вас 12 ферм, и вы в одном месте делаете монокорм, который на 100% сбалансирован. И потом мобильными кормораздатчиками развозите по всем фермам. Не учли одну маленькую деталь: самая дальняя ферма от этого кормового узла находится на расстоянии 50 км. И вы туда привозите уже не то, что вы приготовили на кормовом узле. Потому что процессы ферментации и химии еще пока никто не отменял. То есть идея – просто супер, на пять с плюсом. Реализация — два с минусом. Поэтому у каждого производителя, у каждого человека, который работает на земле и любит это дело, есть чему поучиться.

Latifundist.com: Какое предприятие для Вас является показательным?

Игорь Очканов: Есть ТД  «Долинское». Там сама система кормления и система подготовки комбикормов мне очень нравится. У них реализована передовая идея по использованию свободных площадей для производства электроэнергии. В Израиле, Голландии  — это одна из составляющих дохода той же молочно-товарной фермы. То есть крыши ферм просто сдают в аренду энергопоставляющей компании.

Latifundist.com: Какие у вас мощности хранения?

Игорь Очканов: У нас есть молокопункт. Там мы единоразово можем хранить около 300 т молока. По продукции растениеводства — у нас два семенных склада с площадью хранения порядка 3 тыс. т. И напольное хранение — до 1 тыс. т. Составляя бизнес-план на следующий год, мы будем вносить какие-то коррективы для того, чтобы увеличить площади оперативного хранения зерна.

Latifundist.com: А что делаете с органикой? Вносите на собственные поля?

Игорь Очканов: Совершенно верно. У нас есть техника для внесения органических удобрений. На гектар идет больше 60 т. И здесь опять же Его величество калькулятор говорит нам: «Ребята, у вас есть азот на ферме. Подумайте и правильно используйте его». Поэтому, когда мы будем развивать отрасль животноводства, мы будем ее делать с плюсом. То есть будем развивать тот производственный блок, который поможет этот азот доставить к растениям на наших полях.

Поле подсолнечника предприятия «Россия»

Latifundist.com: Насколько ваше предприятие готово расширяться? Есть ли для этого возможности? Насколько в вашем регионе остро стоит проблема конкуренции за землю?

Игорь Очканов: Конкуренция за землю в Украине есть. И ее никуда не деть. Для людей, которые работают на земле, есть две вещи, которых никогда не бывает много: счастье и земля.  Поэтому расширяться готовы, возможности, амбиции и желания есть.

Но вы сами правильно отметили — существует конкуренция. Процесс переговоров с владельцами земельных паев идет. Это отдельный большой блок работы, который постоянно ведется на предприятии. И банк земли у нас постепенно растет.

Да, это не геометрическая прогрессия, не взрывной процесс. Это ежедневная кропотливая работа. Но она приносит свои определенные успехи. И мы надеемся, что будет приносить и в дальнейшем. Мы обязаны достичь успеха в этом, поэтому достигнем.

Поля подсолнечника предприятия «Россия»

Latifundist.com: Насколько хотите увеличить банк земли? Может, вернуться к тем показателям, которые были ранее, — до 16 тыс. га?

Игорь Очканов: Это задача-минимум. Вы же знаете юмористические перспективы развития КНР? Какая самая большая мечта руководителя этой страны? Это проснуться утром и услышать по радио фразу: «В Пекине дождь, в Санкт-Петербурге ветер. На остальной территории Китайской народной республики погода без изменений» (улыбается — прим. ред.).

Чем амбициозней мы ставим себе цели, тем в принципе большего мы достигаем. То есть, как только человек говорит себе: я всего достиг, все нормально, у меня в жизни все сложилось — именно в этот момент он начинает в бизнесе движение назад.  

Анна Омбоди, Илья Есин, Latifundist.com

Узнавайте первыми самые свежие новости агробизнеса Украины на нашей странице в Facebook, канале в Telegram, скачивайте приложение в AppStore, подписывайтесь на нас в Instagram или на нашу рассылку.

Выполнено с помощью Disqus