Финансовый бизнес-завтрак с EБРР, МХП, ТАС АГРО, Агровиста и Ощадбанком
Константин Ткаченко, Latifundist.com 27.05.2019
«Не дай вам Бог жить в эпоху перемен» — гласит древняя китайская мудрость. В украинских реалиях «перемены» обычно связывают с выборами и политической нестабильностью. 2019-й год в этом смысле вдвойне напряженный — президентская и парламентская кампании.

В такие периоды деловая жизнь у многих участников рынка застывает в ожидании того, в какую сторону будет мести «новая метла»? Хотя закаленных кризисами отечественных аграриев к паникерам отнести нельзя. Ведь, помимо выборов, им ежедневно приходится решать массу проблем. И одна из главных — острая нехватка финансов.

Мы собрали основных международных инвесторов, украинских банкиров и крупных игроков на рынке, чтобы обсудить горячие вопросы финансирования АПК. Об источниках кредитования, репутации рынка в свете громких дефолтов, ожиданиях от грядущего запуска рынка земли и не только мы поговорили с ведущим банкиром департамента агробизнеса EБРР Анной Лебединец, заместителем директора микро- , малого и среднего бизнеса «Ощадбанка» Юлией Жулановой, а также финансовыми директорами МХП, «ТАС АГРО» и АгроВиста Викторией Капелюшной, Ириной Амелиной и Владиславом Винярским соответственно.

О чем поют финансы

Latifundist.com: 2019-й — год президентских и парламентских выборов. Ввиду этого многие бизнесы и международные организации осторожнее относятся к инвестированию в Украину. Анна, какова политика EБРР в этом отношении?
Анна Лебединец: Мы продолжаем оставаться одним из ведущих инвесторов в Украину, предоставляем финансирование нашим клиентам. Более того, мы ожидаем, что объем инвестиций в 2019 году больше, чем в прошлом. Поэтому, если некоторые другие банки или инвесторы могут с опаской относиться к изменяющейся политической ситуации, ЕБРР продолжает работать в рамках своей стратегии. Мы можем инвестировать в экономику страны порядка €1 млрд. ежегодно. Около 20% от этого объема может приходиться на проекты в сельхозсекторе.
«ЕБРР может инвестировать в экономику Украины порядка €1 млрд ежегодно. Около 20% от этого объема может приходиться на проекты в сельхозсекторе», — Анна Лебединец.
ЕБРР может инвестировать в экономику Украины порядка €1 млрд ежегодно. Около 20% от этого объема может приходиться на проекты в сельхозсекторе,
— Анна Лебединец
Latifundist.com: Правильно ли понимаю, что ЕБРР в плане финансирования в последние годы больше фокусируется на малом и среднем агробизнесе?
Анна Лебединец: Я бы не говорила о каком-то смещении фокуса. Несколько лет назад при поддержке ЕС в рамках программы EU4Business у нас был создан специальный департамент, который занимается консультационной помощью и кредитованием малого и среднего бизнеса. Скажем так, наша команда и ресурсная база усилилась для работы с компаниями меньшего размера, ведь обычно мы финансировали более крупные компании. Но это не значит, что у нас сместился фокус, — мы просто его расширили.
Аграрные инвестиции ЕБРР
Latifundist.com: Ирина, а у «ТАС АГРО» есть планы по привлечению международного кредитования?
Ирина Амелина: Для реализации долгосрочных проектов это может быть нам интересно. Сейчас у холдинга в основном краткосрочное финансирование и на текущие нужды его достаточно. Но у нас достаточно амбициозные планы. Первая и главная задача — это расширение земельного банка. Сейчас у нас 80 тыс. га. Но мы планируем уже на этот год расширить его до 100+ тыс га. При этом, вероятно, мы будем нуждаться в дополнительном финансировании. Ведь под увеличенный земельный банк необходимо будет расширять инфраструктуру: понадобятся новые элеваторы, происходит модернизация существующих, обновляется парк техники.
«Первая и главная задача — это расширение земельного банка. Сейчас у нас 80 тыс. га. Но мы планируем уже на этот год расширить его до 100+ тыс га», — Ирина Амелина.
Первая и главная задача — это расширение земельного банка. Сейчас у нас 80 тыс. га. Но мы планируем уже на этот год расширить его до 100+ тыс га,
— Ирина Амелина
Latifundist.com: Виктория, какие у Вас ожидания от политического 2019 года?
Виктория Капелюшная: 2019-й очередной год в развитии компании, мы его никак не выделяем. Да и в целом формируем планы минимум на ближайшие 5 лет. При этом четко понимаем, что горизонт планирования должен быть 10 лет. Нынешний год достаточно политически окрашен для Украины, но все мы это переживали уже много раз.

Что касается развития в МХП, то здесь все проходит по плану, мы продолжаем стабильный органичный рост в наших производственных показателях. Заканчиваем строительство 3-4 очереди на Винницкой птицефабрике. Также из ключевых новостей завершение сделки по покупке словенской компании Perutnina Ptuj.
Балканский гамбит: что известно о новой покупке МХП из Словении
Мы рассматривали много разных предприятий, было много разных слухов, подводных камней, но в результате успешно закрыли эту сделку. Я уверена, что это только первый шаг к нашему развитию в Европе, где МХП уже является производителем №3 по курятине. Мы видим большие перспективы на этом рынке. Если ваше производство находится в ЕС, перед вами открыта вся Европа.
Latifundist.com: При покупке этого актива чувствовали на себе давление со стороны европейских протекционистов?
Виктория Капелюшная: Да, и вы видели давление, которое на нас оказывала французская компания LDC, используя инструменты черного пиара. Тем не менее, мы работаем в условиях рыночной экономики, и рынок все рассудил. В этом смысле есть хороший пример из мировой истории. Когда начали активно использоваться первые автомобили, в Лондоне приняли постановление, согласно которому они должны были двигаться не быстрее карет. Как вы понимаете, это продлилось недолго. Напоминает нашу историю. Если у тебя правильная бизнес-модель, тебе не страшны такого рода вызовы. Возможно, временно они и скажутся на твоих финансовых результатах, но глобально ты устойчив и конкурентен.
Latifundist.com: Юлия, недавно в беседе с Вашими коллегами услышал, что «Ощадбанк» больше не намерен работать с латифундистами, а переключает внимание на фермеров и даже на единоналожников. Почему так?
Юлия Жуланова: Действительно, с 2017 года Ощад усилил продвижение кредитования именно в сегменте малого и среднего бизнеса, в том числе ФЛП, чтобы помочь им развивать бизнес. Согласно нашей новой стратегии, доля кредитного портфеля ММСБ в общем портфеле Ощада должна вырасти до 30%.

Если говорить о действующем кредитном портфеле ММСБ Ощада, он на 45% представлен кредитами агросектора, при том, что средняя доля агрокредитов МСБ по банкам близка к 30%. Наш банк является универсальным в подходах к финансированию агро клиентов разных сегментов бизнеса, мы кредитуем клиентов с банком земли от 50 га.

Нам интересны все клиенты, поскольку формирование кредитного портфеля с разными суммами и большим количеством заемщиков снижает портфельные риски. Банк имел опыт кредитования исключительно больших компаний и сегодня мы понимаем, что зависимость от одного заемщика может сыграть «плохую шутку».

Что касается небольших предприятий, то за период кризисов они научились работать на своих деньгах. Клиенты МСБ имеют стабильный бизнес, позволяющий обслуживать их кредиты, анализируя их мы видим, я бы сказала, шикарные финансы. Понимаем, что компания может показывать не все доходы, но их достаточно, чтобы своевременно выполнять свои обязательства.
«За период кризисов они научились работать на своих деньгах. Клиенты МСБ имеют стабильный бизнес, позволяющий обслуживать их кредиты, анализируя их мы видим, я бы сказала, шикарные финансы», — Юлия Жуланова.
За период кризисов они научились работать на своих деньгах. Клиенты МСБ имеют стабильный бизнес, позволяющий обслуживать их кредиты, анализируя их мы видим, я бы сказала, шикарные финансы,
— Юлия Жуланова.
Сегодня благодаря сотрудничеству с ЕБРР и другими международными организациями мы усиливаем присутствие Ощада в сегменте среднего бизнеса. Это следующий шаг, после того как Банком была реализована программа микрокредитования с суммой кредита до 5 млн. грн. Я с уверенностью могу сказать, что мы знаем как анализировать небольших аграриев и благодаря наибольшей сети отделений, которые находятся во всех населенных пунктах, мы будем драйвером кредитования фермеров. Драйвером развития агро МСБ в масштабах страны в т.ч. благодаря активному продвижению государственных программ по возмещению части стоимости приобретенной техники и процентов по кредитам. Ощад становится «адвокатом» небольших агропроизводителей перед наибольшими поставщиками качественной техники, предлагая лучшую цену в рамках партнерских программ.
Ощадбанк расширяет финансирование аграриев
Latifundist.com: Часто банкиры оправдываются, что у малых и средних предприятий отсутствует залоговое имущество, что является причиной в отказе от их финансирования. Как с этим работает Ощад?
Юлия Жуланова: Как я ранее говорила, в нашем банке работает программа микрокредитования, одним из условий которой является возможность предоставления небольших кредитов без оформления залога или с залогом, который другие банки не принимают. Такой подход стал возможным благодаря хорошей кредитной репутации аграриев.

Также Ощад предлагает финансирование по программе с Европейским инвестиционным фондом и Европейским инвестиционным банком. Эта программа позволяет получить кредит с залогом, стоимость которого составляет 30% кредита, остальные 70% обеспечиваются гарантией партнера. Так что для получения кредита банка в первую очередь обращает внимание на финансовое состояние заемщика, а не на залог.
Latifundist.com: Насколько высок среди аграриев процент дефолтных кредитов?
Юлия Жуланова: Банки не очень охотно открывают эту информацию, негласно, операторы рынка МСБ отмечают хорошее качество кредитного портфеля Агро в данном сегменте. Могу подтвердить, что агропортфель Ощада в сегменте ММСБ – качественный, процент плохих кредитов менее 1%. Основными причинами возникновения «плохих» кредитов являются либо мошенничество (что возможно в любом сегменте и бизнесе), либо рейдерство.
Владислав Винярский: Юлия, впервые слышу, чтобы банк не переживал из-за отсутствия залогов.
Юлия Жуланова: Ни в коем случае, любой кредитор заинтересован в высококлассном залоге. Но, благодаря упомянутой программе у нас есть инструмент, чтобы расширить доступ к финансированию заемщиков разных категорий.

Мы работаем на открытом рынке. Здесь мы не «Ощадбанк», как государственный банк, единственный и неповторимый в каких-то сегментах, а конкурент на рыночных условиях по скорости, условиям, обслуживанию. Сотрудничество с ЕИБ это наше преимущество, но далеко не единственное.

Финансовая политика

Latifundist.com: Владислав, «АгроВиста» в прошлом году прошла сложный процесс реорганизации. Вас к этому подтолкнула в том числе необходимость быть понятной компанией для кредиторов? И, кстати, вас все еще часто путают с УкрАгроКом и Гермес-Трейдингом?
Владислав Винярский: «АгроВиста» как бренд уже узнаваема. Действительно, в 2016 году мы инициировали реорганизацию группы, в результате которой перевели полностью все компании под одну материнскую структуру. В прошлом году провели аудит компанией KPMG всех активов, сейчас выстраиваем процессы корпоративного управления.

Наша группа прошла большое инновационное развитие. И в результате сейчас подписываем договор с экспортным агентством Euler Hermes. Мы гордимся тем, что, по сути, вернули это агентство в Украину.

Но тут нужно подчеркнуть два важных момента. От Euler Hermes мы получили гарантию, но агентство деньги не дает, они говорят: «Ребята, вот вам Landesbanken, идите договаривайтесь». В каждом немецком банке, куда мы приходили, нам тыкали одиозными кейсами «Мрии» и «Креатив-Групп», хотя уже столько времени прошло. В этом смысле донести инвесторам и банкирам, что мы другие, крайне сложно. У нас это заняло время. Но благодаря реорганизации и аудиту нам все же это удалось. Относительно сотрудничества с Landesbanken, то это семилетняя линия со ставками на порядок ниже, чем в Украине.
Владислав Винярский: Агровиста — новый горизонт для УкрАгроКом
Latifundist.com: О каком объеме идет речь? И на что направлено финансирование?
Владислав Винярский: Это €7,2 млн, которые пойдут на закупку немецкого оборудования, реконструкцию сахарного завода и сельхозоборудование, энергоэффективность.
Latifundist.com: Вы верите в будущее сахара?
Владислав Винярский: Знаете, этот вопрос мне напомнил время работы в банках. В начале 2000-х, когда «Кернел» строил МЭЗы, часто говорили: «Зачем это вам, в стране дефицит семечки». В 2001 в Украине году выращивали около 3 млн т семян подсолнечника, сейчас — 13-14 млн т. И все больше выращивают.

Такая же параллель и по сахару. Сегодня часто говорят: если вы выращиваете сахарную свеклу, значит, у вас все плохо. Когда сахар был по $500 за тонну, все говорили: «Вау, какие вы молодцы». Я согласен с Викторией, когда она говорит, что все зависит от управления. Есть инструменты хеджирования, форварды и т. д. К тому же рынок сахара очень цикличен.
Sugar World 2019: сладкие месседжи конгресса
Latifundist.com: Виктория, расскажите об источниках финансирования МХП.
Виктория Капелюшная: Основной источник — евробонды. Они занимают 85% в портфеле нашего финансирования. Ввиду их долгосрочности (8 лет), это один из самых выгодных финансовых инструментов. Также важно выйти на рынок в нужное время. Качество компании, конечно, имеет значение, ведь наш рейтинг выше, чем у страны. Казалось бы, это немыслимо, но в нашем случае вполне объяснимо. Потому что в сложном 2015 году, кроме нас, ни одна компания, ни даже страна, не сделали выплаты по евробондам. Рынок все помнит.
«Основной источник — евробонды. Они занимают 85% в портфеле нашего финансирования. Также важно выйти на рынок в нужное время», — Виктория Капелюшная.
Основной источник — евробонды. Они занимают 85% в портфеле нашего финансирования. Также важно выйти на рынок в нужное время,
— Виктория Капелюшная.
Сложность работы состоит в том, что когда ты вкладываешь значительные ресурсы в развитие, то краткосрочные кредиты тебя не спасают. Краткосрочное финансирование у нас выделяется только под рабочий капитал. Поэтому мы продолжаем работать с международными финансовыми институтами — IFC, ЕБРР. В целом, мы открыты к любому финансированию с хорошими условиями.
Latifundist.com: И раз уже упомянули сахар, то как вы диверсифицируете возможные риски проседания по основному направлению — курятины?
Виктория Капелюшная: Относительно мяса птицы и диверсификации: здесь важно придерживаться баланса. Наш бизнес направлен как на украинский, так и на мировой рынок. На отечественном рынке наши продажи зависят от объема доходов населения. Будут доходы — выиграют все. С другой стороны, есть огромный мировой рынок, объемы трейда курятины в мире находятся в районе 12-13 млн т. Одна из приоритетных целей — европейский рынок. Но мы на нем не замыкаемся. Поставляем продукцию на рынки стран MENA, Африки, СНГ. Если ты создаешь конкурентный продукт — рынок безграничный. А что касается диверсификации, не забывайте, что у нас огромный сектор растениеводства. К тому же, мы продолжаем отслеживать и изучать потенциальные возможности для новых слияний и поглощений за рубежом.
Не только Наша Ряба: новые рынки и цели МХП
Latifundist.com: Анна, мы упомянули кейсы «Мрии» и «Креатива». Недавно к ним добавился «Агроинвестгрупп». Какие для себя выводы вы сделали из этих дефолтов?
Анна Лебединец: Мы внимательно следили за этими кейсами, но не могу сказать, что в банке кардинально поменялся взгляд на финансирование агробизнеса в Украине из-за таких примеров. По большому счету, в любой стране, на любом рынке, подобное могло случиться. Но мы работаем на рынке Украины много лет, на клиентов, которых мы финансируем, мы смотрим очень и очень внимательно, соответственно, понимаем и видим разницу между хорошей и плохой компанией. Так что нельзя судить по одной компании обо всех остальных.
Бизнес-завтрак с IFC, EBRD, Рутицкой, МХП, Арникой: проектное финансирование агрохолдингов
Владислав Винярский: Но вот любопытно, что к «Мрие» банки выстраивались в очередь. А вот ЕБРР после того, как им погасили первый транш, насколько я знаю, заподозрил неладное, и второй не выдал (улыбается прим. ред.).
Latifundist.com: Анна, что было на самом деле?
Анна Лебединец: У нас был проект с «Мрией», который был завершен по плану. На то момент, после оценки отчётности компании, мы пришли к выводу, что с дальнейшим сотрудничеством мы повременим.
Latifundist.com: Ирина, ввиду того, что ваша компания входит в группу ТАС, первая мысль, что один из главных ваших финансовых доноров — ТАСКОМБАНК. Это так?
Ирина Амелина: У нас подписан договор кредитования с «Райффайзен Банк Аваль». Также сейчас прорабатываем вопросы сотрудничества с «OTП Лизинг». В целом же стараемся работать за счет собственных средств. Прошлый год был очень хорошим по урожайности, наверное, рекордным. Что позволило по минимуму использовать кредитные средства. Но, как я говорила, в перспективе рассматриваем программы сотрудничества с международными финансовыми организациями.
Как ни странно, ТАСКОМБАНК не кредитует компанию «ТАС Агро». Стараемся работать за счет собственных средств и в перспективе рассматриваем программы сотрудничества с международными финансовыми организациями,
— Ирина Амелина.
Latifundist.com: Компания не очень публичная. Над чем «ТАС АГРО» сейчас фокусируется?
Ирина Амелина: Мы активно работаем над построением прозрачных, эффективных и контролируемых бизнес-процессов. Главный акцент делаем на оптимизацию процессов, не персонала. Оптимизация персонала — это, скорее, будет как следствие, но контроль производственных и других операций — это главное. Также работаем над инновационными разработками. Внедрены GPS-мониторинг, датчики уровня топлива, в процессе внедрения логистический контроль управления урожаем, в планах — проект Мобильный агроном. Стремимся к тому, чтобы все процессы были автоматизированы комплексно, в полном объеме — от старта (планов, заявок) до завершения (отражения в учете и отчетности).
Latifundist.com: Думаете заходить в переработку?
Ирина Амелина: Да, такие планы существуют при условии увеличения земельного банка. И речь не только о переработке масла.

Работать по-белому на сером рынке

Latifundist.com: Несколько лет назад у нас экспортировали больше подсолнечника, чем официально вырастили. Это к вопросу о теневом рынке агропродукции. По разным оценкам, его объем достигает 50%. А каковы Ваши оценки? Да и в целом, можно ли работать в Украине «вбелую»?
Ирина Амелина: Я думаю, что вполне, и наши компании сегодня это доказывают. С момента появления первой компании мы работаем «вбелую» по всем процессам. Все бы хорошо, но очень сильно портят картинку как раз те, кто работает в тени. Это зачастую фермеры, которые налево-направо без документов раздают наличку и не платят налоги. Безусловно, когда компания функционирует легально и имеет законодательные ограничения по наличному обращению и налогообложению, с этим сложно конкурировать. Поэтому параллельно ведется разъяснительная работа с пайщиками, в чем преимущества заключения договора именно с прозрачной «белой» компанией, которая работает в правовом поле Украины, официально платит налоги и т. д.
Анна Лебединец: Мне кажется такие оценки теневого рынка завышены.
Владислав Винярский: Согласен, оценка даже в 40% завышена. Но малый фермер почти весь работает в кэш.
Юлия Жуланова: Да, кэш есть, но фермер не обязательно его скрывает. Есть расчеты наличными, не запрещенные законодательством, например, для расчетов с пайщиками или выплаты зарплаты, или внесение выручки на банковский счет для дальнейших расчетов с поставщиками. По нашему опыту, такие фермеры довольно открыты и понятны. Что касается теневых игроков, по моему мнению, это не первичный производитель. Скорее это ФЛП, которые стоят над фермером, пытаются неофициально скупать зерно по заниженным ценам, чтобы потом перепродать.

Да, и у производителя могут быть неучтенные доходы. Но даже небольшой аграрий с 200-300 га, оформленный как предприятие, зачастую работает нормально и понятно. То, что они показывают в своих финансах, — это приемлемо для банка. Другой вопрос — финансовая грамотность, за 15 лет работы в банке, к сожалению, я вижу в этом незначительный прогресс. К примеру, нередко встречаются балансы, когда актив не равен пассиву, в таких случаях сотрудники банка консультируют клиентов, в чем ошибка и как ее можно исправить.
Скажем честно, для агрария умение составить баланс — не первоочередная задача. Эти люди умеют работать с землей, зарабатывать, считать доходность, сколько доступных ресурсов и куда направить.
— Юлия Жуланова.
Скажем честно, для агрария умение составить баланс — не первоочередная задача. Эти люди умеют работать с землей, зарабатывать, считать доходность, сколько доступных ресурсов и куда направить. Иногда смотришь, компания потеряла урожай и на грани выживания, по понятным причинам не может получить дополнительный кредит. Но уже на следующий сезон фермер оправился и может платить по обязательствам. В этом плюс работы с землей, новый сезон создает новые возможности.
Копилка для развития: как агробизнесу привлечь доступный финресурс
Владислав Винярский: А я скажу пару слов о крупных и средних компаниях. Многие осознают риски работы «всерую». В таком случае ты сознательно делаешь запутанную юридическую структуру. А чем это чревато? Ты идешь в банк, и никто тебе денег не дает под адекватную ставку. Стратегически ни один нормальный инвестор не зайдет в компанию, у которой винегрет в организации. И это в какой-то мере ответ на вопрос, почему выгоднее быть белым и прозрачным. Да, у тебя нет ситуативной ежеминутной выгоды, но в конечном итоге в долгосрочной перспективе ты выигрываешь. Хотя, конечно, немало компаний, которые так не думают и предпочитают работать в тени.
«Стратегически ни один нормальный инвестор не зайдет в компанию, у которой винегрет в организации. И это в какой-то мере ответ на вопрос, почему выгоднее быть белым и прозрачным», — Владислав Винярский.
Стратегически ни один нормальный инвестор не зайдет в компанию, у которой винегрет в организации. И это в какой-то мере ответ на вопрос, почему выгоднее быть белым и прозрачным,
— Владислав Винярский.
В Украине традиционно все побаиваются открываться. Но у нас на уровне акционеров принято решение показать всех бенефициаров. У нас нет истории с регистрацией на Виргинских островах. Поэтому мы в зарубежном банке на Кипре довольно легко открыли счета.

В идеале зайти как МХП, лет на 20 и выйти на уровень бриллианта. Как сказала Виктория, МХП размещает евробонды под 7-7,5%, тогда как Украина под 11-12%. Действительно, это уникальный случай, когда рейтинг компании выше, чем у страны. В нашей стране только МХП и «Кернел» являются такими трендсеттерами.
Виктория Капелюшная: Я вижу, что количество компаний, которые работают вбелую, значительно растет. Но, в принципе, это действительно непростой вопрос — «черный» фермер. Ведь такой аграрий с помощью кэша легко сегодня дает 12% от нормативной оценки земли за пай, а завтра — 15%. Но сегодня у него все хорошо, а завтра неизвестно, что будет.

Мое мнение, что не надо бояться такой конкуренции. Я все время говорю, что, если 2-3, ну даже 10 пайщиков уйдут к фермеру, ничего страшного. Ради этого мы не должны идти на какие-то уступки. Все равно мы двигаемся к цивилизованному рынку. Кстати, в отношении «черного» агрорынка, эту ситуацию во многом победило автоматическое блокирование налоговых накладных. Количество теневого зерна сократилось, скруток стало меньше.
Исповедь «серого» зернотрейдера
Исповедь «серого» зернотрейдера
Latifundist.com: Анна, избитый вопрос, но каковы Ваши ожидания от запуска рынка земли, произойдет ли финансовый и инвестиционный бум?
Анна Лебединец: Мы ожидаем, что он, наконец, появится. Но вопрос, в каком виде, ведь это до сих пор непонятно. А от этого будет зависеть формат, собственно говоря, рынка. Если модель будет подразумевать, что, условно, только граждане Украины могут купить до 100 га, и юридические лица не будут иметь возможности покупать землю, то понятно, что миллиардного потока инвестиций не произойдет. Если будут другие правила игры, получим другие результаты.

Кроме того, все равно остается аренда земли, ведь большинство компаний продолжат арендовать землю у владельцев, а не будут выкупать весь земельный банк, который они обрабатывают. К тому же, согласно опросам, в первые год-два только незначительная часть пайщиков готовы после запуска рынка земли ее продать. Так что моментальных фундаментальных изменений я не вижу, они будут происходить постепенно.
Владислав Винярский: Небольшая ремарка по поводу рынка земли и финансов. В прошлом году мы купили предприятие у «Кернела». И вот, когда мы приходим в банк и показываем в качестве залога корпоративные права, нас спрашивают: «А что мы с ними сделаем? Куда мы их заложим, какие резервы закроем? Дайте нам элеватор, завод, терминал».
Грядет большой передел рынка земли в Украине, большая консолидация, а у кого-то и реконсолидация
— Владислав Винярский.
Поэтому, как финансист и в прошлом банкир, я обеими руками за рынок земли, ведь тогда она станет залогом. Это я еще говорю и к тому, что к открытию рынка нужно быть готовым. Если ты будешь абсолютно серый или даже черный, то не получишь доступ к капиталу. По моему мнению, грядет большой передел рынка земли в Украине, большая консолидация, а у кого-то и реконсолидация. Это будут огромные инвестиции и капиталы, но только для тех, кто к этому готов.
Latifundist.com: Благодарим за интересную беседу!
Выполнено с помощью Disqus